Сокровище ордена Еретиков

– Где я, что … – Южин буквально заставил себя открыть рот, но размашистая оплеуха кистью, размером с теннисную ракетку в одно мгновение прервала начинающуюся тираду, давая понять, что обязательную прелюдию перед допросом, великан решил оставить на потом.

– И так… – убедившись в том, что пленник готов к обстоятельной беседе, великан сделал шаг назад и оглядывая его с ног до головы, приступил к допросу: – Южин Иван Владимирович, как ни странно, имя настоящее, что меня, прямо скажу – удивляет.

– Что же удивительного в имени?

– В имени? – пожимая плечами улыбнулся амбал: – Да ничего, а вот в Вашей профессии… Подскажите, каким образом досточтимый профессор, преподаватель истории в Государственном Университете, опустился до банального воровства?

– Я не… – профессор попытался вставить некое подобие оправданий, но великан не обращал внимания на этот лепет, продолжая грохотать:

– Признаться вы рушите мои представления о учителях.

Профессор понимал какие представления рушит. Он действительно был не редким гостем в спортивном зале и имел весьма внушительную фигуру, так не свойственную людям его профессии. Но сейчас, находясь рядом с исполинских размеров пленителем, Южин ощущал себя хрупкой щепкой. Даже отсутствие пут, или наручников на руках, нисколько не удивило Ивана, он понимал, что любая попытка побега, обернется столкновением с кулаком-локомотивом и очередным нокдауном.

– Кстати, вы не представились… – нашелся с вопросом Южин.

– А это необходимо? – слегка смутившись, отозвался пленитель.

– Полагаю вы один из своры охранников этого напыщенного псевдоценителя искусства – Планкина.

– Не правильно полагаете, я самый грозный пес из этой своры, – непринужденно парировал амбал.

– Самый грозный? – не сдержал нервный смешок профессор: – Запугиваете с помощью пафосных фразочек?

– Да нет, просто я его начальник службы безопасности.

– Оу… простите, я думал…

– Ничего, никаких обид, – будто потеряв интерес к своему пленнику, отозвался великан и выудил из внутреннего кармана мобильный телефон, казавшийся в его руках крохотной игрушкой.

– И что будет дальше? – не выдержав давящей тишины, наконец взорвался профессор.