Течет река дремучими лесами. Миротворец

Наконец, его губищи расплылись в гримасе, которая у обычных людей обозначает улыбку – он будто что-то придумал.

– Щас я тэбэ подарок сдэлаю, ошен красывы, тэбэ понравыца.

И с этими словами довольный своей идеей тролль скрылся в глубине пещеры.

Пока его не было, Жасмин огляделась вокруг. Она была в сыром темном гроте. Повсюду валялись кости, останки животных и всевозможный мусор. У выхода из пещеры был огромный камень, на который, срываясь с высоты, падала вода, разбиваясь на тысячи брызг. Ужасный шум отражался от потолка

Как отсюда выйти? Только через водопад.

Около стены лежала куча звериных шкур, скорее всего это было ложе хозяина.

Все стены в пещере были изрисованы угольком. На картинах видны деревья, река, животные и люди. По физиологическим признакам было видно, что это женщины. Очень много таких рисунков. Наверное, художник часто думает о них.

В глубокой нише пещеры Жасмин увидела большую клетку – там кто-то копошился: люди? звери? Подойдя поближе, девушка узнала Лушку и мальчишку, которого колдун притащил за верблюдом, а Тимур не захотел взять с собою в побег.

Кто-то тихо тронул персиянку за плечо.

– Ой! – вздрогнула Жасмин.

– Тихо, не дергайся и не кричи, – прямо над ухом шепот Тимура.

Жасмин повертела головой, но никого не увидела.

– Не верти головой, я перед тобой, только невидимый.

Жасмин ощутила на щеке теплое дыхание.

– Как ты сумел? – удивилась девушка.

– Долгая история.

Что же произошло с Тимуром?

Когда волк с кабаном, насмерть перепуганные троллем, понеслись в деревню черноногих, Тимур, помня о Жасмин, помчался к Яге. Он тоже к распутной ведьме хаживал и своей нежностью и обходительностью сумел растопить старухе сердце. Она поведала ему, что ее девичье имя Ядвига, что ее родина – далекие Карпаты, что выкрали из дома и увезли ее сюда бродячие цыгане.

Она умна, она мне поможет! – твердил Тимур, несясь к ее избушке.

У порога, перекинувшись в красавчика, он вежливо постучался в дверь.

– О, здравствуй, милая Ядвига! – бросился Тимур перед ведьмой на колени, ловя и целуя ее венозные старческие руки.

– Ой, отвернись, – ведьма кокетливо потупила взор и даже попыталась сделать книксен.