Другая реальность. Книга 1

В общем-то, Гера представлял на что шел, когда практически сбежал не попрощавшись от Ипполита после приземления и заявился на вербовочный пункт Империи Центральных Миров. Только так у него появлялась возможность убежать из-под неприятной опеки Федеральной службы специальных операций и начать новую, самостоятельную жизнь в этой Галактике, заново создавая свою биографию.

Когда он вошел в помещение вербовочного пункта и предъявил свои документы, сержант-вербовщик недовольно нахмурился, хмыкнул и сказал:

– Шел бы ты, сынок, домой, к маме, не хватало мне еще сопли подтирать за всякими.

Георгий нечто подобное предполагал, он уже привык, что его не воспринимают всерьез из-за его возраста, поэтому не раздумывая упал на пол и на глазах изумленного сержанта принялся отжиматься. На счете «сто» он легко подскочил и вытянулся перед ветераном, он не вспотел и одышки у него не было.

– Вижу, что здоровый, но все равно не могу. Твои родственники подадут в Межзвездный суд, и мне хана.

Пришлось идти на крайние меры. Одним незаметным движением Гера отстегнул от пояса дремавший до поры сюрикен и метнул в сержанта, звездочка воткнулась в сантиметре от левого уха остолбеневшего вояки.

Георгий заторопился:

– У меня нет родителей и нет никаких родственников. Поступить к вам на службу – это единственная для меня возможность реально выбиться в люди, я давно мечтал об этом. Ну не к пиратам же мне идти, в конце концов!

Сержант сдался.

Так Георгий превратился в Гарика. И вот он стоит на пороге казармы и смотрит на будущих товарищей. Здесь, на планетах Аграрного Союза, люди отличались от коренных жителей Федерации, и, по мнению Георгия, которое сложилось у него за короткое время пребывания на планете, не в лучшую сторону.

Ну, а в пункте вербовки собрались не самые лучшие представители местного населения. Кто-то скрывался от властей, долгов, своих родственников, кто-то хотел на халяву вырваться с планеты, рассчитывая потом как-нибудь соскочить с этой службы, кто-то просто хотел наемнической романтики. Но Гера был абсолютно уверен, что никто из них не представлял себе, на что они подписались.