Другая реальность. Книга 1

Но Азат не расслаблялся.

– Ты почему здесь, варвар?! Как здесь оказался без охраны?! – Азат явно был не в себе.

Следующая фраза кое-что прояснила.

– А ты, Алекса, как оказалась в компании этого грязного проходимца?

Это было уже слишком, но в то же время Гера понимал, что мужчину волнует не он, а Алекса. Банальная ревность. Общество суперпродвинутое, а человеческие чувства как были на уровне Отелло, так и остались. Георгий понял, что он заработал себе серьезного врага, и его счастье, что он под крышей федералов.

– Так, Азат, успокойся, оскорбления тебе прощаю, сказаны сгоряча и по незнанию. Федералы меня отпустили и обещают дать федеральное гражданство. А сейчас, извините, мне пора, вы уж без меня дальше продолжайте.

Развернувшись, Гера двинул в сторону города, а за спиной у него разгоралась ссора.

Утром Георгий проснулся, проделал все свои моционы – медитации и тренировки он не прекращал. Выйдя из душа, он с изумлением обнаружил, что в его квартире хозяйничает Тина.

Вот это номер, а у него в руках даже полотенца нет. Закрываться он не стал, это бы выглядело скорее комично, чем морально, но смущение чувствовалось, потому что Тина выдала:

– Не беспокойся, я врач, передо мной можно.

– Жаль, а я думал, ты женщина, – это вырвалось у него рефлекторно, как бы в продолжение разговора, но на Тину подействовало. Она нисколько не смутилась, потянула за какие-то завязочки, и платье соскользнуло с нее.

– А я и есть врач-женщина…

Затем она в течение всего дня доказывала ему, что она и врач, и женщина.

После ее ухода Гера никак не мог привести в порядок свои чувства. Она ему нравилась, но полюбить он ее не мог, перед ним постоянно возникал образ Алексы, и в то же время Гера чувствовал, что ничего подобного в его двадцатипятилетней жизни не было, он еще ни разу не обладал такой женщиной.

Это был огонь и холод, ласковая морская волна и грубая прибрежная галька, феерия животной страсти и нежные ласки пушистой кошечки. Решив, больше не ломать голову над такими высокими и тонкими материями, он заснул.

Каково же было его удивление, когда, проснувшись, Гера опять увидел Тину, хозяйничающую на кухне. На этот раз он успел накинуть шорты и майку. Сказать, что ему неприятно, было нельзя, было можно сказать, что ему очень приятно.

Женским вниманием он избалован не был. Не потому, что женщины не обращали на него внимания, а потому что он все время куда-то спешил, всегда был чем-то озабочен.