Увидеть Париж и…

Минут через тридцать автобус остановился возле красивого здания. Это оказалась Дрезденская галерея. Конечно, я смотрел фильм про то, как «наши» спасали картины. Я не помнил, чтобы до этого мне приходилось бывать в крупных музеях. Нас вели по залам, вскользь рассказывая про экспонаты.

То, что я увидел, войдя в очередной зал, меня поразило. Я запомнил это на всю жизнь. По облакам шла красивая женщина с ребенком на руках. Она, как мне показалось, остановилась, когда мы вошли в зал. А потом пошла дальше, только вот шла, но оставалась на месте.

Сколько я стоял, глядя на эту красоту, сейчас не вспомнить. Когда сказали, что нам надо идти дальше, я, было, повернулся. Но потерять из вида эту красоту было нельзя. Я медленно шел спиной вперед, не отрывая взгляд от картины. Кто-то помог мне пройти в дверь…

Много раз потом я видел эту картину в журналах и книгах. И сразу вспоминал тот день, когда впервые увидел «Сикстинскую Мадонну» Рафаэля Санти.

Нет, конечно, сравнивать эти два шедевра нельзя. Да я и не пытался это сделать…

Мы ещё около двух часов ходили по залам Лувра, останавливались возле скульптур, картин, шедевров древности… Описывать эту красоту так же бессмысленно, как и рассказывать, как вкусно то или иное блюдо.

Елисейские Поля. У входа в кабаре «Лидо»

Главное событие этого дня было назначено в кабаре «Лидо». Мы уже освоились с парижским метро и доехали до Елисейских полей быстро. Вечерние «…поля» были ещё красивее, чем днём.

Елисейские поля вечером

Примерно за час до начала спектакля мы зашли внутрь.

Уже в холле чувствовался контраст небольшого, скромного входа и убранства внутри. Нас проводили в гардероб, где мы сняли верхнюю одежду и уличную обувь.

Тут произошел маленький казус. Одна из сотрудниц что-то мне с улыбкой говорила, а я молча с улыбкой кивал. Наконец, Таня сказала, что надо заплатить два евро. Я отдал деньги. Молодой человек, подошедший, когда мы переоделись, поздоровался и сказал, что он проводит нас в зал.

Он говорил по-русски, хотя и с акцентом, но вполне прилично. Показал нам наш стол и, увидев у меня камеру, предупредил, что до начала представления снимать можно, а с началом – нет. Существуют средства, определяющие, что камера снимает, в этом случае нарушителя сразу удаляют из зала.

Ответ на вопрос, какими языками он владеет, меня удивил. Кроме родного французского и русского, был ещё немецкий, английский, итальянский и, немного, китайский и японский.