Арка небес. Некоторые видят все таким, какое оно есть на самом деле

Дождь ли идет, светит ли солнце, огонь – добрый кум, возвращает силы, создает уют под открытым небом. А еще фляжка выпивки – некстати (?) подумалось.

Жанка убежала за свекром, а я размечтался – научу их готовить настойку.

Явился хозяин мой суровый – сурово взглянул, сурово спросил:

– Ты выучился нашим словам – правильно она говорит?

– Правильно, – ответил я, кивнув головой. – А теперь послушай-ка человека, который повсюду почти побывал и почти все повидал. Заставляете меня вязать сети, хотите подарить башмачнику, кормите впроголодь – впрочем, спасибо, что кормите, а не скормили.

Глаза хозяина моего на мгновение остекленели: видимо, с такой интенсивностью он обдумывал информацию, что даже позабыл жить. Потом шевельнулся:

– Ты не врешь?

– Можешь проверить.

Хозяин с удивлением рассматривал разговорившегося раба.

– Нечего удивляться – принесите мне ягод, каких только соберете. Но сначала одежду неношеную, а эту, – вытащил из-под себя Жанкин подарок – сожгите.

Хозяин ушел и скоро вернулся с холщовой парой – штаны и рубашка.

– Вот, – сказал он, – для тебя. Надевай!

Тряпье я с себя стянул, но обновы примерять не спешил.

– Отнесите к воде – мне надо помыться.

Хозяин кинулся буквально исполнять мое указание.

– Э, брат, – остановил его я, – так ты меня всего изломаешь. Зови других мужиков, делайте носилки. Клянусь – чем больше заботы вы проявите, тем крепче будет напиток и веселей голова.

Бородатый плут скорчил забавную рожу и помчался за рыболовами. И как мне не претила сомнительная роль шута, не удержался и захохотал. Жанка вторила серебряным колокольчиком.

Я помыт, переодет, в полутора метрах от меня горит веселый костерок, а рядом гора всевозможных ягод и горшок ведер на пять – самый большой на все селение, обитатели которого собрались вокруг и с любопытством взирают.

Приказал женщинам сыпать ягоды в горшок и мять толкушками – слой за слоем, чтобы сок появился. Потом сосуд заполнили водой.

– Все?

– Нет. Нужно заклинание.

Хозяин мой облизнулся:

– А ну, друг, скажи это слово, рождающее веселящий напиток.

– Никто не может знать его, кроме колдуна. У вас есть такой?

– Чур, меня! – зашептались в кругу.