Изобретатель

Хотя в соседней с нами пожарной части срочно по команде сверху дооборудовали машины спецприспособлениями: ветровое стекло защитили «Сеткой Рабица», вокруг машины высокий и прочный металлический забор на колёсах. Без вопросов и объяснений было понятно – пожарные машины будут использованы для разгона демонстрантов водяными брандспойтами.

В Москве я конечно посетил площадь у Белого Дома – там уже ничего не напоминало о произошедшем накануне. А вот в Музее революции где-то недалеко от Кремля появилась необычная экспозиция.

Уже во дворе музея стояли следующие экспонаты доставленные с уличных баррикад: трактор бульдозер с надписью намалёванной чёрной краской «Смерть коммунистам», измятый искорёженный видно этим бульдозером вагон троллейбуса.

В фойе Музея революции (посещение было бесплатным) стояла палатка, в которой защитники Белого Дома прятались ночью и во время дождя. На стенах развешаны фотографии и газетные статьи о произошедших событиях.

На ступенях лестницы ведущей на второй этаж музея были разложены вещи защитников демократии: алюминиевые банки импортного пива, пачки печенья которыми снабжали забастовщиков предприниматели («новые русские»). Небольшой транзисторный радиоприёмник, по которому защитники демократии на баррикадах слушали новости единственной демократической радиостанции «ЭХО Москвы».

Просмотр этой революционной экспозиции 1991 года не вызывал ни восторга, ни переживаний, ни патриотических чувств.

Наоборот подумалось:_ Вот так пишется история. Вот так делаются революции.

А на втором этаже всё было по-прежнему: Октябрьская революция 1917 г., Гражданская война, Великая Отечественная война и Знамя Победы над Рейхстагом.

Моя командировка не заканчивалась «революционной Москвой», дальнейший мой путь был самолётом ЯК-42 рейсом из аэропорта Быково в г. Воронеж. Маршрутом этим я ездил не часто, но уже 15 лет. Прилетая рано утром в аэропорт Домодедово из Тюмени,

и до вылета вечером в Воронеж, я всегда использовал весь день для знакомства с очередной новой для меня достопримечательностью Москвы.

И в этот раз мне хотелось убедиться, своими глазами увидеть, что творится в Москве. Кроме перечисленного выше видел только небольшие собрания людей на Новом Арбате внимавшие речам народных ораторов (запомнил только Михаила Грушевского), самодеятельных уличных музыкантов, художников.