Душа нежити. Подплащерье 1

Я не умею развоплощать призраков, но расколотить что-то – это запросто!

– Я хочу статуи! Памятники!

– Где? Здесь? – я ткнул пальцем под ноги писающему гермафродиту.

– И здесь тоже! И при входе в замок! И на городской площади! Две статуи. И перед главным храмом! И в храме! – шепот дамы приобрел надрывный характер. Понятно. Кукушечка поехала. Редкий призрак сумеет пережить в ясном уме более года-другого, а этому уже много больше.

– Извините, леди, я с вами прощаюсь, – непреклонно сказал я. – Впрочем, с полчаса у вас еще есть.

Если что-то совсем сильно сделать хотите.

– А может договоримся? – в шепоте приведения исчезли все истерические нотки. Только сухой, деловой тон.

– Давайте попробуем, – я несомненно заинтересовался.

– Я открываю тебе клад, а ты уходишь отсюда и больше в этом городе не появляешься.

– Только в замке, – возразил я. – Мало ли, вдруг придется проехать по этой дороге. Не появляюсь в замке по своей воле. С завтрашнего дня и сто лет. Никому про вас не говорю.

Сейчас говорю, что вы привязаны ко всему замку, и что вы спрятались навсегда. Так пойдет? Какой клад вы предлагаете в обмен?

С призраками надо строго формулировать. По крайней мере стараться. Это такие твари…

– Минимум на одиннадцать тысяч золотых там наберется, – ехидно улыбнулась дама.

– Что в нем? – я приподнял бровь. Стоит уточнять. Был случай, когда незадачливый маг получил указание на склад армейских портянок. Мало того, что там возить – не вывозить, так еще и погнили к черту.

Тетка сразу стала строже. То-то же! Неужели сразу не поняла по моей формулировке клятвы, что имеет дело с опытным человеком?

– Не далее десяти миль отсюда. Доступ нормальный. Без известных мне ловушек. Без известной мне охраны. Драгоценные камни. Ликвидные. Не менее одиннадцати тысяч золотых по ценам двадцатилетней давности. Не ювелирные цены.

– Согласен на обмен.

– Согласна на обмен.

Не знаю, зачем такие сложности, но многим нравится. Тут, вообще, сложно.

Дамочка меня обмануть может, только если в конечной точке меня ждет какая-то гадость, которая убьет сразу и насмерть. И я это буду учитывать.

Я же могу забрать клад и явиться для расправы с ней. Или даже в городе шепнуть кому-нибудь из слуг. Нет на самом деле гарантий.

Вот только пишут, что на душу такое нарушение наложит немаленькое черное пятно. Я и раньше бы не нарушил обещание, а теперь, поначитавшись теологических страшилок, тем более.