Дело о молочной реке. Маг-дознаватель – 2

А значит, что папашу прищучили, ей известно.

– Получается, что стало с тобой, она знать не может… А предполагать?

– Э-э-э… Представления не имею. Но зачем ты это вообще спрашиваешь? Ей до меня дела нет никакого! Уверена.

– А я вот не уверен… Просто мне очень многое сегодня не понравилось, – вздохнул я.

Затем достал лист бумаги и принялся писать:

– Первое, Аллона зачем-то в Ристале. Второе, пришла на аукцион. Третье, торжествовала как подросток.

Ариста кивнула, а я начертил таблицу, сопроводив комментарием:

– Объяснением того, зачем Аллона здесь, может быть – пункт «а», то что просто приехала развлечься.

– Зачем?

– Обнять, назначить наследницей, убить, спасти, – развел руками я.

– Зачем? – усмехнулась демоница. – И это можно отнести ко всем озвученным причинам.

– Что? В родственные чувства не веришь?

– Сто раз «ха», – фыркнула девушка.

– А если хочет разжиться заклинаниями? – вдруг предположил я.

– Черт! – воскликнула Ариста. – Выбить из меня? Но это только в том случае, если она знает, что я теперь безрогая. Полгода назад скорее я бы из нее все что угодно выбила.

– А она может знать?

– Может, но только если ей папаша сказал.

– А он может знать?

– Может предполагать. По идее, он даже не знает, жива ли я. Но точно знает, что я не ищусь по ауре.

– А я бы предположил, что он знает, что ты жива и без рогов. Когда он сбежал, а тебя хотели убить, и ты телепортировалась, то тебя потом искали.

– Наблюдатели сомнительно, а вот догадываться, что я могла выжить, он может. Только это мало что меняет. Ему сейчас не до меня. Вот начнет восстанавливать свой личный мирок, тогда может и вспомнить о кандидатке в младшие богини.

– Слушай, – уже начал уставать от спора я. – С чего ты решила, что твой папаша безэмоциональный? И мамаша? То что они поступили по-свински, не отрицает того, что они могут даже любовью воспылать.

– Нет, – покачала головой девушка. – Другие боги с эмоциями и желаниями вполне даже нормальными. Возможно у них был период полного равнодушия, но они наши способ преодолеть его, иначе какой смысл жить вообще?

– Ну и? – усмехнулся я. – Какой вывод-то?

– Черт! Папаша мог сделать себе эмоции. Причем запросто.