Янтарный единорог

Я встретил предложение без особого энтузиазма, но и отказываться не торопился.

– Судя по тому, что ты уже несколько дней как не участвуешь в боевых операциях Терехова, битвы тебе наскучили… – вкрадчиво продолжил он.

– Я никогда их особо и не любил. По крайней мере, в таком виде.

– Что ж, тогда у тебя будет шанс сменить пластинку. Хотя, учитывая, что сейчас творится в Артаре, совсем уж мирно собирать цветочки и ловить бабочек не получится.

– Да я и не надеюсь. Но что за работа? И каковы условия?

Он недовольно крякнул.

– Вот этого я и опасался! С тобой куда проще было договариваться полгода назад, когда ты был нищим студентом. Ты готов был землю копытом рыть только ради того, чтобы тебе дали доступ в Артар.

Я, улыбнувшись, развел руками.

– Скажем так – все будет зависеть от результатов. Я пока сам не знаю, куда нас приведет эта история. Но попытаться стоит. Как минимум получишь столько же, сколько за операцию во Фроствальде.

Неплохо. Премии с той операции мне хватило чуть ли не на половину стоимости Эйдос-модема.

– Я вас слушаю.

–У меня есть небольшой инсайд. Вот уже больше двух недель Призраки ищут нескольких пропавших неписей—дау. Вручную. Впрочем, как мы уже убедились, им вообще многое приходится делать вручную, когда дело касается неписей.

–И кого конкретно они ищут?

– Точно известно только про неё…

Он протянул мне небольшой свиток пергамента, похожий на те, которые используются для выдачи квестов. Но здесь вместо текста был лишь искусно выполненный портрет.

По степени детализации – почти фотография.

Хм… Неоднозначная особа. Не из тех, которых с ходу можно назвать красавицей. Однако есть в ее внешности нечто такое, что притягивает взгляд, заставляет всматриваться в детали. И вот уже не замечаешь, что любуешься.

Темнокожая, большеглазая,с острыми, угловатыми чертами лица, в которых угадывается что-то хищное. Волчица… Лисица… Нет, все не то. Скорее что-то птичье. Соколиное. Крутой разлет бровей, четко очерченные скулы, выразительный взгляд светло-серых, резко контрастирующих с кожей глаз.

По коже вьется тонкая белая вязь узоров – что-то вроде боевой раскраски, но куда более изящной, ветвящейся, будто прожилки на древесном листе. Прическа – единое целое со сложным головным убором из перьев, янтаря, бусин и серебристых монет с отверстием в центре. Волосы – черные, волнистые, с металлическим отливом. Судя по серебристым прядям возле лба, женщина уже немолода. Но лицо гладкое, без единой морщины.