Черная черепаха

Повалят, сметут, загрызут толпой.

Водяной столб! Еще один Удар Волны!

Помня, как удалось победить первую тварь, стараюсь метить в голову, в шею, в суставы. Постоянно кружусь на месте, пытаясь держать всех противников в поле зрения, иногда перекатываюсь в сторону. В голове звучит размеренный голос Вэйюн Бао – не то наяву, не то просто вспомнилось.

«Будь водой. Будь спокоен и чист. Будь стремителен и неуловим. Нельзя схватить воду – она лишь прольется между пальцами. Нельзя ударить воду – она лишь взметнется брызгами и воссоединится вновь».

Пропустил-таки удар когтистой лапой в спину. Боль обожгла так, что в глазах потемнело, но я молча развернулся и оглоушил мертвую тварь косым ударом, напрочь сшибая уродливую черепушку.

Удар Волны!

Зацепил другую мумию самим концом посоха, снизу вверх, и усиленный удар раздробил клыкастые челюсти – осколки брызнули во все стороны.

Чакрам я метал снова и снова, едва только он успел вернуться. Правда, теперь старался лучше целиться, потому что до этого шальным броском едва не отсек ступню Доку – тот все-таки никуда не убежал и даже пытался отвлечь кого-нибудь из мумий на себя.

Против мумий это кольцо показывало себя просто великолепно – у него ведь за счет рун Серебра увеличенный урон против всякой нежити и демонов.

Очередной бросок получился эффектным – чакрам начисто срезал мумии верхнюю часть головы. Края кости на срезе почернели и задымились, будто плавились.

Заряды Ци я исчерпал, когда осталось всего два кошака. И, как назло, пропустил сразу два удара.

Когти глубоко располосовали левое бедро чуть выше наколенника и левый бицепс – да так, что я едва не выронил посох. У Дока к тому времени как раз откатилось умение Упокоения нежити. Действовало оно, оказывается, по площади, так что он смог замедлить обеих тварей и дать мне несколько секунд на то, чтобы оправиться от удара.

Я, скрежеща зубами от боли, но по-прежнему молча, добил противников. Расчетливо, сосредоточенно – колено, колено, встречный удар по кисти – так, что переломанные пальцы с когтями захрустели под посохом, как щебенка под сапогами.

Удар сзади по шее, еще один…

Последняя мумия оказалась особенно живучей – даже с перебитыми ногами и сломанной правой рукой ползала, верещала от злобы, пялясь на меня пустыми глазницами черепа. Я обошел её по дуге, выбирая удачную позицию, и прикончил одним точным ударом по черепу.

Вылетевший из нее шарик Ци – большой, яркий, переливающийся всеми цветами – присоединился к остальным.