Дикие земли. Шарп

Изрисованные странными рунами черепа, дымящаяся чаша посередине, пучки каких-то трав.

Красотка поймала на себе мой взгляд, и её полные губы искривились в усмешке, которая показалась мне кокетливой.

– Уф, ладно, я дальше собираюсь в контору Конкисты, за первыми квестами, – сказал Стюарт, пытаясь что-то разглядеть в конце улицы. – А ты куда?

– Я же говорил – мне нужен Фоллинг-Рок. У кого тут можно расспросить, как туда добраться?

– Найди железнодорожную станцию. Она где-то там, – он махнул рукой направо.

 – На билет тебе должно хватить денег. Расспроси, где останавливается поезд в пути. Может, твой Фоллинг-Рок где-нибудь неподалеку от железки. Ну, а если нет – то только пешком.

– А лошадь купить смогу на те тридцать долларов, что мне дали?

Стюарт рассмеялся.

– Ну, ты загнул! Для нас, чечако, лошадь – пока непозволительная роскошь. Да и на ней еще ездить надо научиться. Впрочем, если тебе повезет, то на выходе из города тебе может попасться попутный дилижанс.

Я выругался.

Да уж, я явно недооценил масштабы этой игры. Это ж сколько мне топать? А вдруг Брэндон меня не дождется?

Я снова пересекся взглядом с темнокожей колдуньей. Та, похоже, не сводила с меня глаз, и на этот раз я готов был поклясться, что в глазах этих тлеет азартный огонек интереса. Глаза её – темные, почти черные – казались бездонными колодцами, в которых затягивало, как в водоворот.

Стюарт толкнул меня в плечо, и я вздрогнул, будто очнувшись ото сна.

– Я говорю – прощаться нам пора, – повторил парень.

 – Похоже, дальше наши пути расходятся.

– Да, да, – рассеянно кивнул я. – Спасибо тебе за советы, дружище. Очень помог.

Мы пожали друг другу руки. Он проследил направление моего взгляда и, приблизившись, шепнул на ухо:

– И последний совет, друг… Держись подальше от вуду!

Стюарт хлопнул меня по плечу и отправился по своим делам.

Я тоже зашагал прочь, бросив последний взгляд на темнокожую красотку.

Та широко улыбнулась, обнажая два ряда блестящих железных зубов.

А потом громко клацнула ими, как челюстями капкана.

Глава четвертая. Цветущий вереск

Марго натянула поводья, и её черный жеребец встал, как вкопанный. Лишь шумно фыркнул, раздувая ноздри.

К постоялому двору мы подъехали не со стороны дороги, а через задний двор, заваленный пустыми бочками и тюками с сеном. У стены раскорячилась наполовину разобранная телега. Два деревянных колеса, снятые с нее, стояли тут же, прислоненные к стене.