Хроники Арли. Книга 3. Я – инквизитор

Никаких разноцветных шариков над его головой не наблюдалось, из чего следовал вывод, что мой бесценный дар видеть чужие эмоции снова на время меня покинул – явный признак свершившейся смерти, насколько я понимаю. Впрочем, и без каких-либо способностей все мысли друга – друга ли? – читались у него на лице. Вряд ли мои способности добавили бы картинке больше реализма, чем было на самом деле. Неприятно признавать, но чего-то в этом духе следовало ожидать. С другой стороны, «плюс» в ситуации все же был – мое инкогнито раскрыто, и теперь не придется объясняться, кто я такой.

Впору петь благодарственные оды создателю, что он предусмотрел аварийное отключение моей сверхвосприимчивости, иначе, боюсь, ненависть, фонтанирующая из принца, вполне могла оказаться губительной для моего неокрепшего, пережившего смерть сознания. Кстати, счет со смертью у нас уже два – ноль, и, если верить князю, мне осталось пропустить всего одну шайбу, чтобы запороть игру целиком. Что-то я слишком легко стал относиться к своей старухе с косой, впредь надо быть аккуратнее.

Я скосил глаза левее и заметил Оррика. Инквизитор подпирал собой дверной косяк, его меч торчал там, где ему и положено, – в ножнах за спиной. Оррик всем своим видом демонстрировал спокойствие, но меня-то не проведешь – слишком напоказ выставленная безмятежность и чересчур напряжённый взгляд выдавали воина с головой. Он определённо «на грани», и только многолетняя привычка к дисциплине поддерживает в нем видимость порядка. На меня инквизитор старался не смотреть и лишь изредка тяжело вздыхал.

Делал он это только, когда ему казалось, что никто на него не смотрит. Впрочем, оружием в меня Оррик не тыкал, что давало некоторую надежду.

Рядом с ним прислонилась спиной к стене Валена, и, судя по выражению глубочайшего потрясения на ее бледном миловидном лице, она тоже пережила потрясение, выяснив о своем спутнике кое-что весьма любопытное. Взгляд девушки, в отличие от остальных, не бегал, а буквально прикипел к моему лицу, но за любопытством проглядывал плохо скрываемый страх.

Впрочем, встречаться со мной глазами она не спешила, всякий раз делая вид, что ее больше заботит сумочка с медицинскими ингредиентами на поясе, чем мое воскрешение. Что ж, и тут, похоже, случай поработал за меня. «От твоей команды остались рожки да ножки, чувак», – обреченно подумал я.

Наконец, последнее действующее лицо, чей голос приветствовал мое возвращение с «того света», и показался таким знакомым.