Хроники Арли. Книга 3. Я – инквизитор

За соответствующую мзду местные готовы усыновить кого угодно.

Я усмехнулся.

– И почем нынче посылка от бабушки?

– Да уж недешево.

– Тогда, может, тоже стоило остаться снаружи?

Оррик мотнул головой.

– Если ты хотел сэкономить на гостинице, то не стоит. У меня есть парочка ребят, готовых приютить старого друга.

– За бесплатно?

– Держи карман шире, – усмехнулся Оррик – мне пришлось рассказать ему про заначку. – Но и последние портки не снимут.

Улица внезапно распахнулась, крылья домов ушли в сторону, и мы оказались на огромной площади, заполненной людской массой настолько, что я вспомнил злосчастный холм.

Впрочем, здесь ничем подобным не пахло. В воздухе висели ожидание, легкое опасение, предвкушение и радость – эмоции прорывались даже сквозь двойной щит, который я поставил сразу, едва завидел столпотворение на дороге. Настроение людей, почуявших окончание своих мытарств, заметно приподнялось, в толпе мелькали улыбки, гораздо чаще слышался смех, где-то даже пытались затянуть весёлую песню.

Меня же интересовало совсем другое. Вот он, величайший город Арли. Жемчужина цивилизации, предел мечтаний местной знати, опора святости церкви и ее же самая большая головная боль. Оррик поведал нам, как святые отцы, скрипя сердцем, закрывают глаза на вольности местного люда, как исподволь контролируют светские власти. Конечно, им бы хотелось сдавить город железной рукой, но тогда центр торговли сместится в Гарн, под бок к светлым братьям, а этого святые отцы допустить никак не могли – вера верой, а деньги деньгами.

Ворота в город не узнать было невозможно. Даже если бы я страдал полным отсутствием воображения. Даже если бы Оррик не прожужжал нам все уши о несокрушимости бастионов внешнего кольца, я бы сразу догадался, что передо мной те самые гигантские створки высотой с трёхэтажный дом, окованные металлом и утыканные заклепками, на каждой из которых можно повесить танк. Восхищаться мастерством кузнецов можно было сколько угодно, но едва я увидел стены, просто разинул рот, как какой-нибудь житель глухой глубинки, первый раз очутившийся в Сити.

Пипец, товарищи! Я посмеивался над ледяной крепостью в «Игре престолов», чтобы в итоге узреть воочию ее каменного брата-близнеца. Идеально гладкая стена с ниточками, обозначающими намек на зазоры между плитами, уходила вертикально вверх и терялась в утреннем тумане метрах в пятидесяти от земли – и ни намека на край. Да ее должно было быть видно даже из космоса, не то что с соседних холмов.