Хроники Арли. Книга 3. Я – инквизитор

Ну да, от боли помереть не в пример предпочтительнее.

Я с силой выпустил воздух сквозь губы: нет бы хоть что-то прояснилось, а то все только дальше закручивается. Стоп! Аэларэль же подкинул-таки идею: инквизитором можно стать и без поединка. И сведения эти сокрыты в королевской библиотеке. Интересно, как бы в ней так погуглить, чтобы без головы не остаться? Подозреваю, с доступом туда тоже не все так просто.

– И когда ты собирался нам рассказать? – Оррик вперил в меня самый мрачный свой взгляд.

Какой неудобный вопрос. И хуже всего то, что все вроде бы знают на него ответ, по почему-то хотят услышать его именно из твоих уст. Как будто это что-то меняет.

– Что изменилось после того, как ты узнал, кто я? – нельзя демонстрировать неуверенность, ох, нельзя. – У меня отросли рога? Я начал пить кровь детей?

– Ты Убийца! Ты пришел уничтожить весь мир!

Вот они современные штампы средневекового обывателя.

– С чего ты это взял? Я – человек, я жить хочу! – добавим немного пафоса.

– У нас не спрашивают, кем мы хотим быть. Судьба… – я не дал Оррику договорить.

– Судьба? Да что ты заладил: «Судьба». Что такое судьба? – я прищурился, кое-что вспомнив. – Вот скажи-ка мне, Оррик, кем должен стать сын кузнеца?

– Кузнецом! – безапелляционно ответил тот, но потом до него дошло.

– А дочь барона? – напирал я.

Инквизитор сердито сопел, остальные молчали. Они уже поняли, куда я клоню.

– Судьба – это отговорка для ленивых. Если ты настоящий человек, то будешь сам выбирать и дорогу, и цель.

Я продолжал сверлить инквизитора взглядом, пока тот не отвел глаза. Маленькая победа, но она меня вдохновила. Впрочем, самый трудный бой впереди.

– А если бы убили меня или Оррика? – тихо произнесла Валена.

– Я сделал бы для вас то же самое, – спокойно ответил я. Волшебница предпочитала помалкивать, когда мы говорили, но я уже убедился, что у нее всегда есть свое мнение. Зачастую – отличное от других. Смелая и решительная, она не чуралась работы, которой побрезговала бы иная девица благородных кровей, и демонстрировала изрядный характер, когда того требовали обстоятельства.