Путь к себе. Кружит по миру дух, по телу кружит кровь

Приглядевшись внимательнее, он вдруг заметил на незнакомце милицейскую форму с погонами полковника. Маслюков торопливо сунул недокуренную сигарету в пепельницу и заметил, что она уже полна окурками. Сержант высыпал их на лист бумаги, завернул, поискал глазами – куда бы выбросить, и сунул свёрток в карман.

Отворилась входная дверь. На пороге райотдела возник полковник.

Мать чесная! От одного взгляда на него у сержанта Маслюкова волосы встали дыбом.

У вошедшего было чёрное, изъеденное червями лицо, глубоко запавшие глаза, на скулах клочки растительности, на полковничьих погонах выпавшие из головы волосы.

Опрокинув стул, помощник дежурного выскочил в коридор. За спиной раздался басовитый хохоток. Маслюков вихрем промчался коридором, откинул запор, заскочил в камеру предварительного заключения, захлопнул дверь и впился в неё ногтями.

– Ты что, начальник, в прятки играешь? – несколько голов повернулось к нему с нар.

– Не знаю, ничего не знаю, – на испуганном лице сержанта появилась глуповатая улыбка.

Заключённые повскакали с нар.

– Не открывайте, не открывайте, не надо! – Маслюков загородил грудью дверь камеры.

– Да успокойся ты, сядь вон, посиди – один из задержанных ловко извлёк из кобуры пистолет Маслюкова и подтолкнул самого вглубь камеры.

Сержант повиновался.

С пистолетом в руке задержанный приоткрыл дверь камеры и высунул голову в коридор.

– Осторожно, Блоха, – посоветовали ему товарищи.

Блоха повертел головой и в конце коридора увидел капитана Морозова с оружием в руках.

Осторожный Морозов извлёк на свет Божий оружие и приоткрыл дверь в коридор. В то же мгновение какая-то странная фигура вошла в комнату дежурного, что категорически запрещено инструкцией.

– Стоять! – запоздало крикнул капитан. – Руки в гору!

Блохин, бросив трофей, немедленно вскинул руки вверх. Однако, устремлённые мимо него взгляд офицера и зрачок его пистолета, озадачили арестованного. Блоха повернул голову в другой конец коридора и увидел распахнутую дверь дежурки. В этом, впрочем, не было ничего удивительного, коль сам её обитатель сидел за столом камеры и, стуча зубами об алюминий, пытался напиться из пустой кружки.