Путь к себе. Кружит по миру дух, по телу кружит кровь

 – Садись за стол, тут вот покойник водкой угощает.

– Будет врать-то. Вот я вас шваброй.

– Это интересно, стоит посмотреть – шваброй мёртвого человека не каждый отважится.

Увлёкшись бранью, санитарка не обращала внимания на второго собутыльника. А он сидел, сгорбившись, втянув голову в плечи, пряча лицо от взоров.

Вдруг выпрямился, глянул неподвижными зрачками ввалившихся глаз:

– Мария Ксенофонтовна, вы не узнаёте меня?

Санитарка, ахнув, хлопнула себя по мощной груди в разрезе халата.

– Беда-то какая! – пролепетала она, пятясь к двери.

– А это я и есть, – печально сказал покойник.

– Да ну вас с вашими шутками, – сказала Ксенофонтовна. – Я вот завтра главврачу всё расскажу.

Она скрылась в коридоре, не закрыв дверь, и оттуда донёсся её голос:

– Георгий Иванович, ну, как не стыдно….

– Никак хозяева вернулись, – засуетился Дима.

Он вытряхнул содержимое пепельницы на листок бумаги, смял его и сунул в корзину для мусора.

– Ого, да их тут коллективчик, – раздался голос из коридора. – Жорик, поднимай мужиков в палатах, сейчас мы их уделаем.

– Послушайте, – незнакомец шагнул к двери. – Я тоже врач и хотел бы с вами поговорить. Я – Репин Семён Ильич, работал здесь главврачом, может, помните такового? Да погодите вы….

В ответ раздался топот удирающих ног.

Мертвец остановился в дверях, повернулся к Диме, развёл руками и виновато улыбнулся. Оскал получился похожим на отвратительную гримасу.

– Эй! – крикнул откуда-то издалека сбежавший Георгий. – Убирайся отсюда, не то я тебя, гада, собственными руками задушу.

– Ты смотри, какая сука пакостная, – вторил ему дружок из другого конца коридора.

– Я врач, – откликнулся мертвец. – Семён Ильич Репин.

У Георгия на это было своё мнение:

– Ты, засранец, клинический идиот.

Подал голос и его дружок:

– Что делать будем, Жора, дела-то хреноватые? Откуда эта нечисть завелась? Ты звонил в милицию?

– Звонил, да разве ж их дождёшься….

– Я – ваш бывший главный врач, – устало сказал Семён Ильич.

– Ты, приятель – козёл, и мне сказки не рассказывай. Я сам твою,… тьфу!.. его, то есть, могилу видел. Верно, Жорик?

– Нас не проведёшь, – подтвердил Георгий. – Финита ля комедия, жмурик. Сейчас мы тебя отпрепарируем.