Странные сны Отто Шубдца

Шудбц жил в родовом поместье некоторое время один, и службой себя не утомлял. Жену он не так давно выгнал из дома за то, что она не следила за аквариумом.

«От работы кони дохнут» – справедливо считал Отто и был ох как прав.

С началом войны с русскими начальство спускало ему директивы, и он эти директивы выполнял. И считал, что в этом и состоит его долг перед Германией и перед рейхом.

Как-то раз Шудбц пошел с ребятами в кабак. Ну, они как водятся у немцев, немного выпили. Потом выпили еще.

А потом оказалось, что идти на службу уже незачем.

Пили они немного. Но через пятнадцать часов активного приема алкоголя пятеро из семерых были на столе, под столом, причем, в совершенно невменяемом состоянии.

И тут пришел ординарец.

Не сказать, что он сам пришел. Всё-таки была уже суббота. Точнее будет сказать, что его привели.

Но стоял ординарец сам. На двух ногах. Правда, шатался солдат, как клен в пургу, из стороны в сторону.

Он качался то вправо, то влево, но не падал.

Когда Отто в ресторане нашел его ординарец, Шудбц был пьян в стельку, лыка не вязал, а тихо лежал под столом, и пускал пузыри.

Пузыри пенились и составляли адскую смесь из мочи, шнапса, коньяка и какой-то странной слизи белесого цвета.

Ординарец с трудом поднял Отто, и разбудил его. В себя интендант пришел где-то через час.

Вручив приказ, ординарец не дал Отто уснуть и напомнил ему о долге перед рейхом.

– Ладно, скотина, я прочту приказ. Так и быть. – Сказал Шудбц, выпивая стакан шнапса.

Интендант вскрыл конверт с приказом. Штабная печать на сургуче сразу полетела вниз, к пузырям.

– Твою мать… – Выразил своё восхищение Отто. – Гитлер лично хочет, чтобы я послал нашим войскам в СССР подарки на Новый год от его имени.

– Он совсем охуел, этот фюрер, – подал голос пьяный Obermusikmeister, старший военный дирижёр Юргенс, друг Отто с детства, – На хуя армии подарки? Да еще на новый год? Они что – дети малые?

– Юра, ты как говоришь о вожде нашем? Икккк… – Возмутился интендант. – Сейчас какая-нибудь скотина на тебя донесет в гестапо.

Но скотина по фамилии Biest, оberveterinar мирно спал, положа голову на громадную грудь фрау Эльзы. Эльза была любовницей Biest.