Остров Пингвинов

Тотчас яростный порыв ветра, полный рыданий и воплей, поднимает каменную ступу, вырывает из неё с корнем мачту и уносит её вместе с парусом, а потом вырывает ещё и руль и наконец венцом всего крушит волнорез.

И корыто, сделав большой круг по бунтующему морю, удаляется в тихую гавань и вот уже качается на мирных волнах.

Святой человек, ошарашенный такими переменами, преклонившись, поблагодарил Господа, который избавил его от кромешных ловушек демонов. Сидя на льдине, он узрел мать медведицы, которая говорила стихами Вергилия в шторм.

Она по-прежнему одной лапой прижимала к груди своего любимого ребенка, а в другой держала пурпурную книгу с золотым крестом на обрезе. Придя к гранитному корыту, она приветствовала святого человека такими словами:

«Pax tibi, Mael!»

И протянула ему вновь обретённую Святую Книгу.

Святой человек узнал своё святое Евангелиста, и с изумлением радости запел во всё горло святой гимн святому Творцу и Его святейшему Творению.

К сожалению, текст этого гимна вовремя не был записан.

Глава V. КРЕЩЕНИЕ ПИНГВИНОВ

Прошло не менее часа, и святой Маэль пришвартовался к узкому пляжу, закрытому от остальной земли высокими горными пиками. Он шлялся вдоль берега целый день и всю ночь, обходя скалы, образовавшие непроходимую стену. Слоняясь по острову, он быстро убедился, что перед ним идеально круглый остров, посреди которого возвышается высоченная гора, увенчанная клубящимися над ней облаками. Его грудь радостно вздымалась от свежего, влажного воздуха.

Сверху нудно капал дождь, и этот дождь был таким ласковым, что Святой Человек обратился к Господу умилённо:

– Господи, это Остров Слёз, воистину это Остров Раскаяния!

Пляж был пустынен. Изнемогая от усталости и голода, Маэль уселся на камень, в дуплах которого лежали большие жёлтые яйца, расцвеченные чёрными пятнами, и были они крупнее лебединых. Но он их не трогал и пальцем, говоря:

– Птицы – это живые хвалы Господу! И я не хочу, чтобы пропала хоть одна из этих бесценных хвал!

И упорно жевал лишайники, вырванные из каменных расщелин.

Святой человек почти полностью обошёл вокруг острова, так и не встретив местных жителей, и наконец добрался до огромного цирка, образованного белыми и красными скалами, полными великошумных водопадов, и скал, вершины которых синели в облаках.

Слепящий свет полярных льдов слепил глаза старца. Тем не менее, слабый свет всё ещё проникал под его опухшие веки.