Серебряный пояс

 – По закону тайги их… На муравейник! В костер заживо! Как наши деды и отцы делали!

– В том, что вы сможете свершить самосуд, я не сомневаюсь! – перебил всех поручик. – Возможно, в какой-то степени в этом есть ваше право. Однако прежде, чем наказать, сначала поймайте, а потом кричите!

– И поймаем! Ловили! Было дело! Вешали, жгли!

– Да, ловили, – стараясь перекричать толпу, размахивал руками поручик. – Но кого? Одиночек? Тех, кто на тропе мужиков убивал за пятьсот граммов… Когда это было? А здесь сколько лет… Может, лет десять как банда в уезде орудует, и никто ничего сделать не может! Понятно, что здесь грабит не один и не два человека.

Разбойники промышляют по-крупному, счет золота идет пудами, человеческие жизни не единичны! С каждым годом они все наглее, а толку никакого.

– А что с вас толку, с власти? Порядок навести не можете…

– Правильно говорите. Мы не сможем навести порядок до тех пор, пока вы нам в этом не поможете, сами себя не защитите!

На этом поручик посчитал собрание оконченным.

Несмотря на волнующуюся бурю продолжавшихся разговоров, он обратился к Григорию Феоктистовичу:

– Вы здесь старший прииска? Мне надлежит с вами уладить несколько вопросов. Скажите, где мы сможем с вами переговорить наедине?

– Пройдемте в мою избенку, – предложил тот, указывая рукой на свое жилище, – там нам никто не помешает.

Они прошли в дом, закрыли за собой дверь, остались одни.

– Так сказать… – усевшись на чурку, осматривая низкое, небольшое помещение для жилья, начал поручик.

 – Это, так сказать, я полагаю, и есть то место, где вы храните золото?

– Да, – спокойно ответил Григорий.

– И где же оно?

– Вон, в ящике под нарами.

Поручик вскочил с чурки, подошел к узким нарам в углу, заглянул под них, растерянно покачал головой:

– Так-с… Просто нет слов. И сколько здесь?

Немного помолчав, Григорий назвал цифру.

– Н-ндас… Ну и дела у вас… Впрочем, как и везде. И что, сюда может войти любой?

– Почему любой? Только свои, из семьи.

Другие старатели по разрешению. Не проходной двор…

– Так-с, понятно. И старатели доверяют вам?

– Как это, доверяют? – не понял Григорий.

– Ну, в том смысле, что кто-то может взять какую-то часть золота без ведома.

– Без спросу, что-ли? Кто это возьмет, пока я не разрешу? – удивлению Григория Феоктистовича не было предела.

– Ну, мало ли…

– Это вы, ваше высокоблагородие, извините! У нас такого нет, чтобы без разрешения кто-то в чужих вещах копался.