Багровое подземелье

Багровое подземелье

Владимир Владимирович Титов

Левобережье пользовалось в городе дурной славой. И неспроста. Трое подростков отправились гулять по его дебрям, а вернулся только один.

Владимир Титов

Багровое подземелье

Тёмная изба с поросшей мхом и тысячелистником крышей, с провалившимся крыльцом и навечно закрытыми ставнями смотрелась угрюмо и зловеще. Но Сашка-Принц без колебаний отворил калитку в покосившемся штакетнике, прошёл по еле заметной стёжке к бывшему крыльцу и постучал в облупленную дверь условным стуком: два коротких, три длинных.

Щёлкнул замок. Дверь приоткрылась, и изнутри сказали вполголоса:

– Принц, совесть есть? Уже два часа тебя ждём!

– Здорово, Ганс. Вичка здесь?

– Ага. Мы вместе приехали. Заползай, не тупи.

Сашка-Принц прошёл в единственную комнату. Там на широкой, как футбольное поле, кровати сидела светло-русая девушка, в джинсах, толстовке и босая. На вид ей было пятнадцать лет – столько же было и обоим её приятелям. Она держала в руках старинную фарфоровую кружку с горячим чаем, а рядом лежал надорванный пакет с баранками.

– Хай!

– Привет, потеряша. Хочешь? – она кивнула на баранки.

– Я обедал.

– Вот жрун! – полушутя осудил приятеля Ганс. – Мы его ждём, а они кушать изволют!.. Царь трапезничать желает!

– Ганс, ты же знаешь мою маман. Если я задвину её фирменный борщ «як в бабусi Ганны у Полессе», будет шумно. Лучше гибст ду мир айн шнапс.

– Шнапс? Варум шнапс? С какой глюк?

– Счас узнаете, с какой глюк.

Явилась на свет божий бутылка из-под минералки, наполненная, судя по запаху, отнядь не минералкой.

– Все будут? – спросил Ганс.

– Мне на донышке. – Вичка изобразила меметичный жест. – Мать сегодня дома, и если почует – мне звизда.

Трое приятелей выпили по глотку жгучей жидкости и принялись зажёвывать самогон баранками.

– И где сюрпрайз? – спросила Вичка.

Вместо ответа Принц открыл рюкзак и достал небольшой предмет, завёрнутый в носовой платок.

Он развернул платок, и Ганс с Вичкой хором присвистнули.

– Что это? – с изумлением, приправленным страхом, спросила Вичка.

– Что видишь, – ответил Принц.

* * *

Они собирались тут раз или два в неделю, неразлучная троица: Вичка, Сашка-Принц и Ганс: многие думали, что это прозвище, но рыжего парня с лошадиным лицом действительно так звали, потому что по линии отца и прадеда по матери он происходил из поволжских немцев.