Пепельный город. Отголоски прошлого

В дальнем углу, почерневшие от времени были сложены какие-то устройства, корпуса которых были сделаны из того же пластика. Их тоже решили вытащить наверх, чтобы изучить при свете, похожие образцы находили и раньше, и Общество охотно давала за них премии.

Раскат грома отвлек наемников от увлекательного разграбления здания. Рихард вытащил из кармана серебряный хронометр и посмотрел на стрелки.

– Пора закругляться, скоро начнет темнеть. Давайте поднимем все наверх, упакуем и двинемся к лагерю.

– Командир, что сдадим, а что оставим себе? – задал волновавший всех вопрос Йорг.

– Два пистолета, те, что из пластика, по одной винтовке и ружью, что лучше сохранились и все украшения, остальное описываем и сдаем. Касия, разложи по мешкам, пистолеты и ценности спрячь, винтовки незаметно переложим на корабле. Лиру и Иосифу пока ни слова.

– Ладно, – пожал плечами Йорг. Касия понимающе кивнула.

На обратном пути пошел косой ледяной дождь вперемежку со снегом, сопровождаемый резкими порывами ветра.

– Как ни кстати, – бубнил Рихард, кутаясь в плащ. Руки даже через перчатки, замерзали мгновенно. А поклажа, несмотря на небольшой вес, была объемной, нести ее было неудобно, и это замедляло группу. Возвращались по своим же следам. Обратная дорога заняла ровно три часа. Когда группа, промокшая и замерзшая, дошла да лагеря, помимо Иосифа и Лира, их встретили еще двое моряков.

– Что-то случилось? – напрягся Рихард.

– Да, господин, надвигается новый шторм, наш капитан говорит, что сильный. Надо выходить как можно скорее.

Действительно, море стало темно-коричневым, волны высотой в метр набегали на берег. Чтобы шлюпка хоть как-то двигалась, Рихарду и Йоргу пришлось взять вторую пару весел и помочь гребцам. Их подбрасывало то вверх, то вниз, волны захлестывали их сверху.

– Черт бы побрал эту погоду, – крикнул Лир, обращаясь то ли к небесам, то ли к тучам.

– Не бойтесь, господин, доплывем, – ответил ему один из моряков, таким спокойным мягким голосом, будто бы они не в хиленькой лодке посреди холодных бушующих вод, а сидят у камина со стаканом грога за дружеской беседой в теплой таверне.

– Хотел бы я верить в это.