Резервист

Эти АйДи – вот если я потеряю или ее украдут, то все? Пропали мои сбережения? Как я докажу, что я это я?

– За это не переживай. Когда ты счет в банке открывал, тебя камерой в трех ракурсах по нескольку раз сняли и положили снимки в архив. Теперь если что, приходишь в отделение Ордена, любое, тебе восстанавливают документы, и можешь получать деньги. Все-таки не каменный век у нас.

– Ну если так, то намного спокойнее.

А после того как Борис перегнал мне на счет деньги, нас обоих ожидал сюрприз.

Оказывается, пока мы занимались сделкой, девушки успели договориться об оформлении Олесей оконных проемов квартиры Бориса и Эйприл.

– Ребята, вы не скучайте, мы быстро. Я только размеры сниму и эскизы набросаю, и мы вас заберем, – заявила Олеся, садясь на переднее сиденье серебристой «тойоты» и проверяя наличие в сумочке маленькой трехметровой рулетки, портняжного метра, небольшого перекидного блокнота и коробочки карандашей «Кохинор».

– Ну дают. И твоя тоже бизнес-вумен.

Пошли по пивку?

Борис повел меня в заведение с немецким уклоном. Здоровенные пивные бочки за стойкой, тяжеленная мебель. Только пьяных эльзасцев с кружками и песнями не хватало для полной достоверности.

Заказали шустрой девице с украинским акцентом жареную курицу и по сто пятьдесят грамм «Новомосковской». Вскоре официантка принесла запотевший графинчик с водкой, тарелки с нарезанным копченым салом, квашеной капустой и хлебом.

– Чего удивляешься? Самые настоящие немецкие закуски.

 – Борис пододвинул к себе тарелку с копченым салом, положил пару кусков на небольшой ломтик хлеба и с видимым удовольствием съел.

Пока ждали саму птичку, успели выпить по пятьдесят грамм хорошей водки и закусить хрустящей капусткой.

– Борь, а как ты в Патруле оказался? – поинтересовался я.

– Да перешел сюда для того, чтобы служить во Внутренних войсках в Москве. А там такое дело… В ВВ служат знакомые парни из подмосковного, омского и других отрядов, с которыми вместе был в командировках на Кавказе.

А в РА служат парни, с которыми во время срочной Грозный брал. И хоть отношения между солдатами хорошие, но руководство может учудить войнушку. Меня сейчас словами не убедишь, что такое невозможно, после развала Союза и войны на Кавказе я считаю, что возможно все.

Ну я и пошел прямиком к Коршунову, так и так, мол, та-щ генерал, нельзя служить там, где может появиться необходимость стрелять в боевых товарищей.