Заря цвета пепла

Серо-голубые восхищенные глаза, ласково глядящие на собеседников, слегка вздернутый нос, губы, чуть что готовые сложиться в улыбку. Она действительно чем-то походила на своего брата. Однако, как я ни силился, так и не смог понять, чем именно.

Роберт попытался с порога встретить сестру упреками, но был вынужден отступить под напором ее многословного рассказа о путешествии по Митаве, неизвестном злодее и доблестных, великодушных джентльменах, которых «само небо» послало ей на помощь. Все это время мы стояли в дверях, готовые откланяться и уйти или же, будь на то воля мистера Рида, остаться на ужин.

Сказать честно, последний вариант меня устраивал куда больше. Во-первых, вся эта детективная история с пропавшим художником не оставила нам времени пообедать, и, во-вторых, на горизонте замаячила маленькая зацепка для натурализации во Франции. Крупный чиновник морского интендантства – хорошее прикрытие для въезда в страну.

Поздоровавшись с нами, Роберт Рид, как он отрекомендовался, тут же опасливо спросил:

– Что она вам уже понарассказала?

– Я ничего такого не говорила! – возмутилась Софи.

 – Только что ты кораблестроитель и разыскиваешь здесь какие-то сорта древесины.

– Да, это правда, – подтвердил хозяин судоверфи. – Здесь много лесов, там дальше, – он махнул рукой в сторону приоткрытого окна, – прекрасные мачтовые сосны и дубы для корпусов… И все за копейки!

– Но это же, как тут говорят, – вмешался Лис, – за морем телушка полушка, да рубль перевоз.

Брат спасенной нами девицы чуть заметно напрягся, но, сообразив, что разговаривает с далекими от бизнеса людьми, бросил небрежно:

– Я оцениваю возможность открытия в этих краях филиала.

Действительно, ни я, ни мой верный друг и напарник не занимались предпринимательством, и уж менее всего кораблестроением. Но следовало быть монастырским послушником, взращенным средь звуков органа и церковных гимнов, чтобы не понимать – строительство или покупка верфи за столько тысяч миль от берегов Гудзонова залива имеет подоплеку, связанную не столько с бизнесом, сколько с политикой.

В нашем случае, вернее всего, – с тайной политикой. Болтовня Софи, дополненная словами ее брата, выстраивалась в довольно интересную картину. Конечно, я мог ошибиться, не зная множества деталей, но то, что я предполагал, нуждалось либо в срочном подтверждении, либо в не менее срочном опровержении.

Уже много веков Франция числила основным врагом Англию, и наоборот.