Крестовый поход восвояси

Малый вздохнул, понимая, что новостью все же придется поделиться, в противном случае путь к Муромцу может затянуться на неопределенное время.

– Дело тайное, – приближаясь ко мне вплотную, прошептал он едва слышно. – От князя Андрея Рязанского я послан.

– Ну? – поторопил его я.

– Князь Андрей велит передать, что желает с дружиной своей перейти под славные знамена защитника земли русской – Володимира Ильича Муромца. Просит час и место назвать, куда ему с войском идти можно. Да на кресте клятву дает, что нет у него злого умысла на измену тайную.

Я хмыкнул, услыхав слово «измена», но, сурово сдвинув брови, кинул перебежчику:

– Ладно, пошли. Лис, ты за старшего.

В шатре было, как обычно, людно.

– А, Воледар, заходи! – заметив меня, радостно поприветствовал Муромец. – Новость последнюю еще не слышал?

– Нет.

– Суздальский князь на нашу сторону переходит. Со всей дружиной.

– Надо же! – изумился я. – А у меня к тебе тоже дело образовалось.

– Что еще? – нахмурился Владимир Ильич.

– Да так. Сын боярский из Рязани к нам переметнулся. С теми же вестями.

Последним на высокий берег Днепра перебрался старый князь Всеволод. Он медленно ехал на коне впереди своего войска, низко опустив голову и искоса бросая взоры на выстроившиеся для парада дружины сыновей-отступников и давнего своего смертного ворога Мстислава Киевского. Поравнявшись с могутным полководцем, восседавшим на огромном жеребце, он снял с пояса меч свой заветный вместе с ножнами и протянул вчерашнему противнику.

– Присягаю тебе на верность, Володимир свет Ильич, царь земли русской, – тихо сказал он. И слова эти, произнесенные едва слышно, донеслись до каждого стоявшего на днепровских кручах набатным звоном.

Глава 7

Изведал враг в тот день немало,

Но нашим тоже перепало.

    Вывод племянника

Три огромные скалы вздымали к небесам свои могучие гранитные торсы. Здесь, среди степи, они казались вросшими в землю чудовищными титанами, сраженными молниями богов в битве бессмертных во времена древние, как сама эта земля.

– Знаешь, – Лис помешал веточкой угли костра, – я как-то еще не готов к тому, чтоб моя черепушка, пусть даже и оправленная в серебро, служила пиршественной чашей на ханском пиру. Да и перспектива поработать основанием для помоста, на котором господа ордынцы буду устраивать свои половецкие пляски, меня тоже отчего-то не греет.

– Половцы-то как раз на нашей стороне, – поправил я своего друга.