Проклятье фаворитки

Пятый… Заинтригованные танкисты самостоятельно переключились на частоту оцепления, и почти в тот же миг в наушниках раздался истошный вопль, а затем – сплошной треск помех. Очевидно, оставшиеся стремились одновременно выйти на связь и глушили друг друга. Наконец, прорвалось отчаянное:

– Помогите!!! Не-е-ет! А-а-а-а-ааа!!!… – и захлебнулось, перейдя в естественное шипение эфира. Танкисты молча переключались на основной поддиапазон. Никто не сомневался, что оцепления больше не существует.

Но что могло случиться с сильными, вооруженными людьми? Почему так истошно кричал последний пост?

Батальон двинулся по периметру танкодрома, одновременно являвшегося местом проведения боевых стрельб. Существо внутри искренне удивилось этому, но раздраженный Мишель просто приказал ему заткнуться. Было не до ощущений спятившей половины.

На всех постах обнаруживалась одна и та же картина: покинутая будка с включённой радиостанцией. А на самом дальнем, кроме того, блестела россыпь ещё тёплых стреляных гильз.

Ни трупов, ни следов крови вокруг.

Наконец, танки вернулись к месту, с которого начали поиск. И неожиданно обнаружили то, что так упорно искали. В небольшом озерке, не больше шести метров в длину, лежали оба солдата. С выпученными глазами и искривленными судорогой ртами, они цепко держались за подводную растительность. Вода казалась зеленоватой, и сходство с обнаружением Эльзы было настолько полным, что Мишеля едва не стошнило.

Пока вытаскивали тела и пытались привести их в чувство, он отошел к своему «Леклерку». Под защиту его знакомой брони. Пожалуй, единственный из всего батальона, он не боялся – ему было противно. Ведь здесь не было карниза или обрыва, с которого могли сорваться солдаты. Тут он чувствовал что-то другое. Настолько страшное, что, ещё не появляясь, оно уже перепугало живых.

Было у лейтенанта и ещё одно неприятное чувство. Ему казалось, что он знает одного из погибших.

Хотя на самом деле видел обоих впервые. И тем не менее Мишель никак не мог отделаться от мысли, что один из утонувших – некий Сергей Воронин, недавний сослуживец и большой недруг лейтенанта. Похоже, это снова было мысли таинственного двойника.

– Воронин так Воронин, – устало согласился Жормон. – Мне-то какое дело? Ты с ним служил, тебе лучше знать.

Существо согласилось. А Мишель обратил внимание, что батальон близок к панике.