Низвергая сильных и вознося смиренных. Kyrie Eleison

– Грешен, грешен, прости меня Господи за еретические мысли мои, навеянные дьявольским искушением и лишними кубками вина. Но вернёмся к делу, друзья. Письмо клюнийских монахов я отправил на Сабинские холмы, и среди местных аскетов нашёлся один отчаянный, который решился прервать свой обет отшельника ради святой миссии добиться правды в Риме. Несколько дней назад он был у меня.

Бозон весь превратился в слух и только боязливо оглядывал время от времени закоулки площадки, где они находились. Не прячется ли там кто-нибудь из любопытных или попросту заснувших слуг? На время ему так и показалось, но, слава Господу, это было вызвано лишь крепостью вина.

– Он намерен встретиться с папой Львом и без лишних намёков и вывертов потребовать у него осмотра тела его предшественника. Папа не сможет отказать ему в аудиенции, в нашем народе существует глубокое почтение перед людьми, ведущими отшельнический образ жизни на Сабинских холмах. Но если ему будет отказано в осмотре тела, то этот отшельник будет считать, что папа Иоанн жив, а стало быть, на Святом престоле восседает узурпатор, которого нужно и должно будет покарать и ради Веры принять на себя грех убийства и, возможно, мученическую смерть.

– А если ему будет дозволено осмотреть труп Тоссиньяно? – спросил Манассия.

– Это будет означать, что мы вновь проиграли и нам надо искать новые пути для ослабления позиций нынешнего папы и его любовницы. Но что-то мне подсказывает, что отшельника не допустят в святой крипт.

– Но, если это отшельник, значит, он никогда не видел до сего дня папу Иоанна. Как же он будет свидетельствовать? – спросил Бозон.

– Прекрасный вопрос, брат мой. Сей отшельник поедет в Рим в составе посольства, которое возглавит мой бывший папский апокрисиарий. Они осмотрят тело вдвоём, и апокрисиарий подтвердит подлинность останков.

– Что, если их просто не пустят в Рим?

– Пустят, ведь об истинной цели их поездки знают только они и теперь мы с вами. Для всех прочих цель моего посольства совсем другая, – сказал Гуго, и на губах его появилась плутоватая ухмылка.

Щепетильные родственники не спешили с вопросами, полагая, что разомлевший от вина Гуго расскажет всё сам.

– Представьте себе, друзья, что у нас внезапно объявился неожиданный союзник. Несколько дней назад, я получил письмо… Вы просто не поверите от кого!

Бозон и Манассия тотчас изобразили на лицах живейший интерес.

– От сестры этой сучки Мароции, от Теодоры.