Курупури

Думаю что у меня был глупый вид.

– Да русский он! Как и Юрий Гагарин! -сказал Раул.

– Русский?! Это русский, ребята! -заголосили работники «Эстаду» и все, кто присутствовал в помещении.

– Да, но я не из Советского Союза..-пролепетал я и с досадой посмотрел на Раула. Я с самого начала проникновения в «Жарагуа» просил своего друга никому не говорить кто я. И вот..

Ко мне бросились все, кто вместе с нами ждал здесь Юрия Гагарина. Чтобы воочию увидеть того, кто недавно был ближе всех к Богу. Люди жали мне руку, знакомились.

Будто я имею какое-то отношение к первому полёту человека в космос..

– Этот русский-мой друг! -объявил Раул.-Мы с ним целый год провели в сельве.

* * *

Когда весной 1960 года мы вышли из сельвы и самолёт бразильских ВВС доставил нас в Сан-Паулу, я довольно долгое время пребывал в состоянии некой прострации. Впечатления полученные за год жизни вне цивилизации, а также всё то что произошло со мной и выходило за рамки объяснимого, заставило меня на какое-то время буквально уйти в себя.

Я осмысливал свой невероятный опыт, раскладывал по полочкам в своей голове звенья той цепи, которая ещё не протянулась до логического финала. Я анализировал необъяснимые совпадения и разбирал по логическим нотам тот таинственный зов, который зазвучал в полный голос в моей голове, когда мы вошли за зелёный заслон сельвы. Этот зов не смолк-он лишь несколько утих. Но я знал что рано или поздно он вновь зазвучит громче и властно позовёт раскрыть тайну, которую скрывает сельва.

Расставание с первой любовью и странная трагическая гибель одного из проводников-индейцев нанесли мне глубокие душевные раны. И если последняя понемногу затягивалась, то первая продолжала болеть и оставалась веской причиной моего возврата в сельву, который рано или поздно должен состояться.

Моё состояние начало приближаться к депрессии. Но скатиться туда мне не дал Раул, за что я ему благодарен. Подробно рассказывая о том, что произошло в стране за время нашего пребывания в сельве и рассказывая о планах нашей будущей экспедиции, он разжёг во мне природное любопытство и поселил надежду на возвращение туда, где осталось моё сердце и куда стремился мой разум.

Очень скоро выяснилось что я стал обладателем неплохого счёта в одном из банков. Об этом меня оповестил Раул, который в очередной раз приехал ко мне на скромную съёмную квартиру, где я разбирался со своими мыслями и чувствами.