Золотой ключ

И Виктор там же навесил ключ на брелок. Своего рода некий гарант того, что ключ не выпадет из кармана и не потеряется по неосторожности.

Виктор, Славик и Андрей Иванович в сопровождении своей свиты вышли из банка на улицу. Строитель сделал едва уловимый жест рукой, и его телохранители ненавязчиво рассредоточились, расположившись один спереди, другой сзади.

– Ну что, господа, искренне желаю вам удачи. Надеюсь, мой брат и члены его семьи не пострадают и не будут каким-либо образом задеты или оскорблены. Прошу обратить внимание.

– Не волнуйтесь, Андрей Иванович, все будет вежливо и интеллигентно, – первым отозвался Вячеслав.

– Ну и хорошо. Летите с Богом, – и строитель протянул руку для пожатия.

На этом вторая встреча Труболетова с Витей и Славой была завершена. Андрей Иванович развернулся и неторопливо пошел к шоссе, сопровождаемый по бокам двумя рослыми телохранителями в серых костюмах.

– Красиво, – прокомментировал Виктор.

Не успел строитель со своей командой спуститься по ступенькам, как неизвестно откуда вынырнул знакомый «Мерседес». Охранник открыл дверь большому боссу, тот сел на заднее сиденье, и через мгновение автомобиль покатил дальше.

– Действительно красиво, – согласился Славик.

– Мы как договариваемся? В восемь вечера встречаемся у второго вагона? Ключ пока остается у меня, я беру его с собой. И не забудь зарядку для телефона и наличные деньги, с карточками мы можем попасть в дурацкую ситуацию.

– Вить, а миллион насколько тяжеленький?

– Вот будешь забирать – узнаешь.

9

Билеты по инициативе Виктора были куплены в плацкартный вагон на боковые полки. «Такая дислокация, – рассуждал старший из парней, – даст в дороге возможность потихоньку, без лишних ушей, поговорить о предстоящих переговорах с братом строителя. В купе, при чужих людях особо не расслабишься, а на боковушках хорошо: сиди себе и разговаривай, никто не мешает».

– Тронулись, – как-то торжественно сообщил Виктор.

– Самое время обсудить и продумать, как мы будем действовать, – ответил Славик.

– Не-е-е, пока не время. Когда поезд отъезжает, все сидят тихо. Почему – не знаю. Наверное, работает какой-то закон расставания, придающий некую печаль. У людей в связи с отъездом в любом случае что-то меняется. Кому-то грустно из дома уезжать,

а кому-то – из гостей.