Смутное время

Тем временем, со стороны западной границы государства за этой ситуацией внимательно наблюдали недоброжелатели из Речи Посполитой, ожидая только удобного момента, чтоб нанести удар. Вскоре на майдан потянулись западные политтехнологи. После их появления лозунги протестующих стали гораздо радикальнее вплоть до свержения действующей власти.

Однажды среди протестующий появился человек, который представился спасшимся младшим сыном Ивана Грозного – Дмитрием.

Дмитрий Иванович был последним младшим сыном Ивана Грозного.

После смерти последнего Годунов отправил его вместе с матерью, Марией Нагой, в почетную ссылку в Углич.

Там по официальной версии в возрасте восьми лет (еще при номинальном правлении Федора) он в припадке эпилепсии убил сам себя ножом. По другой альтернативной версии, которая широко ходила в народе, его убили подосланные Годуновым люди.

И вот теперь народу был объявлен третий вариант. Якобы Годунов действительно подсылал убийц, но они все перепутали, убили совсем другого ребенка (просто похожего на царевича), а сам Дмитрий все это время скрывался и теперь, когда он вырос, решил занять трон отца, который принадлежит ему по праву рождения.

Надо сказать, что появился самозванец появился не один, а с вооруженными до зубов боевиками из Польши и западной Украины.

Известие о спасшем царевиче еще более взбаламутило народ. Множество городов на Юге страны (Чернигов, Путивль, Кромы и пр.) признали его власть.

Однако в сражениях с регулярной русской армией плохо организованные отряды Лжедмитрия терпели одно поражение за другим.

После одной из битв самозванец едва успел ускакать на раненом коне. Большинство польских боевиков, видя такое дело, поняли, что здесь нечего ловить и вернулось домой, однако сам Лжедмитрий с русскими сторонниками укрепился в верных ему городах и стал держать оборону.

Борис Годунов допустил грубую ошибку, думая террором усмирить бунт. По его приказу в усмиренных городах хватали и вешали всех подряд, не особенно разбираясь участвовал ли человек в мятеже или просто проходил мимо.

Видя такое дело присягнувшие Лжедмитрию южные русские города предпочитали бороться до последнего, чем сдаваться на милость победителя.

Лжедмитрий, конечно, понимал, что на поле брани не имеет никаких шансов и сделал ставку на информационно- психологическую войну.

Сотни агитаторов разъехались по стране, там и тут внушая народу, что пришел законный добрый царь, который, наконец, избавит его от притеснений и «неправды» бояр.