Трудно быть ботом

Скрудж зарабатывал деньги, подкупал политиков, хитрил, обманывал, мечтал о старых добрых временах, когда можно было баронам пытать своих подданных.

А так, гуманизм. Права человека! Преступники сидят в санаториях, а малолетние бандиты, почти безнаказанные. Если их и сажают, то дают два-три месяца санатория. А ведь были времена, когда и смертная казнь была для малолеток, и пожизненное заключение. А сейчас развели гуманизм.

Тут у Скруджа были свои счета. Его брата застрелил один несовершеннолетний подонок. И получил всего три года тюрьмы, а вышел досрочно через год, проведя срок в отдельной камере, с душем, телевизором и компьютером.

Еще сволочь и в Гипернет в тюрьме выходил.

Ну как не психовать поэтому по поводу! И это еще было лет пятнадцать назад. Когда Скрудж еще только начинал свой бизнес и не мог ответить. А сейчас, стали законы в отношении несовершеннолетних еще мягче. Может, поэтому, миллиардер так ненавидел мальчишек, вспоминая, расстрелянного подростком своего брата.

Убийца тоже был белобрысый и мускулистый.

Отомстить ему Скрудж не успел. Тот, после тюрьмы, видно считая себя крутым, пошел в частную военную компанию и где-то в Африке сгинул.

Скрудж мог утешиться, только загрузив виртуальное изображение убийцы в программу и симулировать пытки. Тут, конечно, можно дать волю своей фантазии. Но все равно, это ведь не по-настоящему. Все равно, что повесить портрет противника на боксерскую грушу и бить по ней.

Скрудж хотел достать убийцу, и долго, очень долго мучить. Или, например, посадить его в такую тюрьму, где сидел граф Монтекристо.

Что тоже выглядело колоссальным соблазном. Или мучить противника годами.

Например, в понедельник поджарить подошвы жаровней, во вторник высечь, в среду на дыбе, в четверг растяжку, в пятницу пытка водой по голове, в субботу сдавить яйца, а в воскресенье, что-то особенно придумать и очень изощренное. И так мучить годами, и сыпать соль на рану.

Водитель прервал размышления миллиардера:

– Мы уже прибыли, ваше сиятельство!

Дворец у миллиардера был довольно большой.

Очень похож на Версальский, хотя, конечно, не настолько обширный. Красивые фонтаны, позолоченная статуя Зевса, поражающего Трифона. Жилье достойное миллиардера.

Скрудж выбрался из машины. Мальчик-робот встал навытяжку. Его кожа блестела, хотя, конечно, это был не настоящий пот. И кибернетический мальчик немного изображал тяжелое дыхание после бега.

Скрудж снова зажег сигару и приложил ее к розовой, гладкой щеке мальчика.