Освобождение вселенной

Чем мы хуже вас, что вы отказываете нам в праве на жизнь?

Доктору стало неуютно, ведь сталинаторов потому и убивают, что они не хуже, а, наоборот, многократно сильнее и умнее артэзианцев. Его взгляд упал на мускулистую загорелую спину мальчишки, свежий порез от плазменной плетки уже почти зажил, а скоро от него не останется даже малейшего следа. Какие они жизнестойкие, вот бы его расе такие качества.

Металлический голос противно провизжал:

– Приготовьтесь к посадке.

Фили все же ответил мальчику:

– Тебе только шесть лет, а ты уже убил взрослого, вооруженного самым мощным военным боевым костюмом, артэзианцаохранника, а что будет, когда ты вырастешь? Никто не знает пределов вашей силы, а тем более, сколько вы можете прожить.

– Я не убивал его. Его убила собственная ненависть и злоба. Сила должна быть доброй и созидательной. Мы никогда не причиняем зло без серьезной причины. Если бы мы были по природе агрессивны, то с нашими возможностями, скорее всего, ваша империя была бы порабощенной.

Фили и сам не знал, что ответить. Действительно, почему они стали их рабами? Но было некогда продолжать разговор.

Надо было идти к звездолету. Пара боевых роботов преградила путь, а еще несколько боевых машин взяли мальчишку на прицел. Развалистой походкой к ним подошел охранник. Судя по красному боевому костюму и погонам, это был глава охраны.

Очень низким, словно пропущенным через канализационную трубу голосом он скомандовал:

– Произведите процедуру, обычную для рабов, покидающих эту планету.

У каждого робота было по десять рук, они схватили мальчика. Затем подъехал еще один робот, он достал пистолет и с помощью лазерного луча всадил в голову Коннарэгена микрокомпьютер с аннигиляционным зарядом. Затем ему на шею повесили толстый ошейник с таким же компьютером внутри.

Доктору дали в руки пульт управления ошейником.

– Сталинатор – это раб, с ним надо обращаться, как с собакой.

В довершение на лицо ребенка нацепили уродливый намордник, который защелкнули тульвированым замком. Фили попробовал возражать.

– Это абсолютно излишне: он очень спокойный, рассудительный и послушный мальчик.

Глава охранников захихикал. Его смех напоминал кваканье лизаруки.

– Это сталинатор. Животное, хуже и опаснее бешеной собаки Като. Таких надо водить только в намордниках. Он может перекусить любой металл, кроме тульвира.