Князь Палаэль. Становление

– Тот самый эльф, который напросился в отряд, преследовавший наш караван?

– Он самый.

– Как не помнить! – отозвался Тарон, тоже задумавшись. – Архимаг-универсал, выживший в той экспедиции вместе с каким-то человеком. Причем только они одни и выжили с обеих сторон. Выдавал себя за сына великого князя Леса. На данный момент уехал в Лес.

– Уже приехал, – пробурчал Расул. – Руководство поставило задачу по его уничтожению еще до того, как выяснился момент с Кольцом Духа, пообещав прислать специальный отряд, способный уничтожать архимагов.

– И что же тебя смущает? – поинтересовался Тарон.

– Не знаю, – вздохнул собеседник; потом, немного подумав, продолжил: – За много лет выработалось чутье на опасность. И сейчас оно мне буквально орет в ухо, призывая держаться от этого эльфа подальше.

– Отряд должен справиться, – уверенно заметил Тарон. – Уничтожат архимага, таким образом «освободив» Кольцо.

– Ты еще одной детали не знаешь, – мрачно процедил Расул. – Для возрождения бога не обязательно даже заносить Кольцо в храм.

Тарон в задумчивости потер подбородок, потом нахмурился, резко помрачнев. И мрачнел с каждым мгновением все больше и больше.

– Понял? – усмехнулся Расул.

– Думаешь, руководство сдаст нас архимагу, чтобы он по нашим трупам пришел прямиком в храм? Образно выражаясь.

– Ход твоих мыслей полностью совпал с моими умозаключениями, – кивнул Расул. – Вот поэтому сижу и думаю о смысле бытия и всего сущего.

– И что надумал? – через пару терций молчания спросил Тарон.

Расул протянул руку, что-то нажал, и комнату залил мягкий свет, идущий от нескольких магических светильников, заставив обоих поначалу прищуриться, пока глаза не привыкли к освещению.

– Тарон, ответь мне на такой вопрос: ты зачем пришел в орден?

– Ну-у-у… – замялся тот, – предположу, что тебе самому известен ответ на данный вопрос.

– Ага, – соглашаясь, кивнул Расул. – Тебя привлекла власть, обещанная нам после пришествия бога. Плюс долголетие, которое нам уже обеспечили, проведя ритуал. Я не ошибся?

– Нет. Думаю, что ты тоже стал адептом именно по этим причинам, а не из-за душевных порывов, вынудивших тебя бороться за возрождение бога.