Жрица Роас. Серия книг «Неизведанная планета Человек»

– Скажи, Барбара, а какое известие могло бы разрушить твои стройные планы?

– Таких известий нет в природе. Как нет и тех, кто бы мог такое известие сообщить, – твёрдо ответила Барбара. – Я Вас слушаю или вынуждена буду прервать эту аудиенцию.

«Шантаж, провокация?» – спросила она себя, но вслух добавила:

– Уверена, что для вскрытия офиса юриста у Вас были весомые основания. Тем более что Вы не производите впечатления наивного юноши, который не предполагает ответственности за последствия своих действий. Посему я была бы удовлетворена Вашими объяснениями, прежде чем решу, какие меры необходимо предпринять.

– Хорошо, – вдруг кротко согласился незнакомец. – Хорошо.

Он поставил чашечку на блюдце, встал и подошёл к окну.

– Какой красивый вид из вашего офиса, – пожалуй, это было первой банальностью посетителя.

«О, так ты живой, – обрадовалась Барбара, – и значит, не всё потеряно. А почему что-то должно быть потеряно? Что за глупость?» – поправила она себя.

В течение нескольких минут клиент молча рассматривал что-то за окном офиса, не произнося ни слова.

В кабинет вошла Джулия и положила на стол перед Барбарой записку. У них с боссом была договорённость передавать сообщения во время переговоров с клиентами записками, чтобы Барбара могла, не отвлекаясь от сути разговора, реагировать на ситуации или звонки.

Барбара прочитала: «Полицию вызывать?»

Она улыбнулась и мысленно поблагодарила своего верного помощника, но вслух воскликнула:

– Спасибо, Джулия! Передай, что я освобожусь через несколько минут.

И обратилась к посетителю:

– Извините, но я предупреждала о своей занятости.

Она встала и, направившись к окну, протянула руку, прощаясь.

Её глаза встретились со взглядом незнакомца. На вид ему было… от тридцати до шестидесяти, и возрастная неопределённость неприятно настораживала.

«Если бы только это!» – пронеслось у Барбары. У него были красивые глаза синего цвета и высокий лоб, волосы, чуть тронутые сединой. Тонкие губы придавали лицу ироничное выражение, тем более, что посетитель и не скрывал своей снисходительности.

Барбара так и не поняла цели визита, но в какой-то момент потеряла интерес к беседе. Исчезла интрига. К ней вернулось привычное спокойствие превосходства родных стен.