Калиакрия (Собрание сочинений)

Его широкая и просторная палуба позволяла разместить при необходимости гораздо больше орудий, что и намеревался сделать Качиони.

Нуждавшийся в деньгах хозяин судна, продавал его всего за 17000 флоринов, что составляло не более половины настоящей стоимости.

– Вот вам и первая выгода! – сказал банкиру Качиони.

Тот не противился и все документы на покупку были сразу оформлены.

– Я нарекаю сей фрегат «Минерва Севера» в честь великой русской императрицы! – заявил Качионе, взойдя на палубу своего судна. – Теперь мне нужны еще две тысячи на починку!

Банкир молча отсчитал и эту сумму.

После этого Ламбро поспешил в Венецию, где в ту пору можно было весьма недорого приобрести пушки, ядра и порох. Венеция ни с кем воевать не собиралась и сбывала вооружение по бросовым ценам. В Венеции Качиони встретился и с послом Мордвиновым, который обещал помочь в закупках.

Вернувшись в конце января в Триест, не дожидаясь прибытия купленных пушек, Ламбро взялся набирать команду. В этом трудностей не было. Слух о появлении известного корсара и покупке им судна для нападений на турок мгновенно разошелся по городам и весям.

– Я обещаю все веселую жизнь, а возможно и веселую смерть! Мы станем кусать султана за его голые пятки, так что ему придется не сладко! Каждому обещаю стол за мой счет, жалование и свою долю от дабычи! Пойдете ли вы за мной!

– Пойдем Ламбро, веди нас скорее в бой! – кричали в ответ отчаянные сорвиголовы.

Глава третья

Кинбургская коса сотворила чудеса

На юге России в это время спешно доукомплектовывались сразу две армии – Украинская и Екатеринославская. Первой назначалась второстепенная, наблюдательная роль: охранять безопасность наших границ и покой в Польше, а также служить связью между назначенными к наступательным действиям восками.

Екатеринославская армия же должна была овладеть Очаковом, перейти Днестр, очистить весь район до Прута и, в соединении с австрийцами, подойти к Дунаю.

В преддверии будущих боев Потемкин вспомнил и о запорожских казаках. Дело в том, что некогда единая Сечь раскололась. Часть казаков остались в России и готовы были верой правдой служить отечеству. Другая часть, переметнулась к туркам, за что султаном им была обещана новая Сечь на Дунае.