Связующий

Разве что… вы должны окончить это сражение, убив темного короля, извечного врага нашей великой империи. И тогда вы сможете вернуться домой. Так гласит священное писание.

Еще раз поклонившись, он немедленно уходит готовиться к сражению. Вслед за ним уходят и другие, и атмосфера мгновенно тяжелеет. Больше не до шуток и не до смеха. Похоже, что выбора никакого нет, и придется сражаться.

– Скорее, – подступает к героям призыватель. – Уже скоро начнется наступление. Вы услышите звук боевых труб. А теперь идемте.

Следуя примеру остальных, Петр отправляется за стариком-призывателем.

Взгляд немедленно увлекается живописным видом. Здесь, наяву все выглядит удивительно. Высокие горы и мощный, непроходимый лес окружает поле боя. Река пересекает местность, протянувшись четкой разделительной линией между королевствами. И, ко всему прочему, она такая же мелкая, как и в игре. Пожалуй, что ходить по реке не составит никакого труда.

Лес, который находится на территории будущего сражения, изрезан маленькими тропинками.

– Нельзя что ли там пройти? – шепчет юноша.

Мысль сама вырывается из сознания и немедленно достигает слуха внимательного гоблина.

– Слишком узко, – отвечает он Петру. – Войско там не пройдет. Только небольшой отряд, но таким числом форты не возьмешь.

– Форты?

– Такие большие укрепленные домики с кучей лучников и…

– Да знаю я, что такое форт! – обижается юноша.

– Какое прозрение! – присоединяется к беседе высокий, длинноволосый мужчина, о роли которого Петр уже догадывается, как, впрочем, и о позициях всех остальных. – В ином мире, оказывается, все по-другому! Удивительная проницательность.

Юноша хмурится, но не отвечает.

«Тот еще ублюдок. Самовлюбленный придурок. Наверняка думает, что сам справится, а на остальных смотрит, как на говно. Сто процентов мидер. – Эта мысль неожиданно больно укалывает самого Петра, но он быстро оправдывает себя в собственных же рассуждениях: – Я хоть и сам мидер, но на других не смотрю, как на говно».

Внезапно ноги встают на месте. Ум приказывает им остановиться. Глаза открываются шире, на лице появляется недоумение и возмущение.

– И что, никого не волнует, что нас всех только что обезглавливали?! – сам удивляется юноша тому, что сообразил так поздно. – Они ж нас убили!

На него оглядываются, но не обращают внимания.