Семьдесят два градуса ниже нуля

Убедившись, что больше разжиться нечем, подергал за шнур, и осторожно, чтобы не вызвать обвала, полез обратно.

Спали сидя, но дождались упавшей с неба гусятины – на радостях Гаврилов разрешил зажарить две тушки. Размяли, высушили табак из окурка, затянулись по разу и легли отдыхать на четыре часа.

Пришли на Пионерскую пять машин, а покинули станцию четыре.

Когда Ленька, разогрев двигатель, нажал на стартер, послышался скрежет рвущейся стали. Не по ушам – по сердцу царапнул этот скрежет. Прежний Ленька снова газанул бы – авось пронесет, но за одного битого двух небитых дают, не тот стал Савостиков.

Быстро нашли то, что искали. Гаврилов сказал два слова Игнату, тот взял фонарик и полез под тягач. Посветил себе, пошуровал рукой, выкарабкался обратно.

– Ну? – спросил Гаврилов.

Игнат выругался.

– Что случилось? – излишне засуетился Ленька, и глаза его были виноватыми, как у нашкодившей собаки.

Гаврилов поднялся в кабину, нажал на стартер, прислушался.

– Всё! В утиль! – Игнат опустил низ подшлемника, сплюнул и снова выругался. – Ты, Жмуркин, не запускайся пока.

– Почему? – удивился Тошка.

– А потому! – грубо ответил Игнат. – Венец – делу конец, правда, Савостиков?

– Ты не намекай! – повысил голос Ленька. – Не намекай! Понял?

– Оставь, Игнат, – вмешался Давид.

– А чего он намекает? – не унимался Ленька. – Чего прилип?

– А то, что где ты, там и прокол!

– Цыц, щенячье племя! – рыкнул на них Гаврилов, спускаясь.

– Не успел, батя, – сунулся к нему Тошка.

– Твое счастье, что не успел!

– Разговариваешь, батя, – с упреком сказал Алексей. – Обещал ведь.

– Поболел, хватит! – Гаврилов потряс кулаками. – У, гад ползучий! Костюм небось гладит, сволочь, регалии цепляет, чтоб с фасоном на причал сойти!..

– Не заводись, батя, – тихо проговорил Алексей. – Пошли в тепло.

– Сам иди!.. – заорал Гаврилов. – Игнат, говорил Синицыну про отверстия?

– Говорил, батя, вместе с Валерой, не сомневайся.

– А что толку, что говорил? Проверил?

– Не проверил, батя…

– Почему не проверил?.. Молчишь?.. – Гаврилов отдышался. – Ладно, молчи, утешать тебя не стану. Чего глазеете, время теряете? За дело! Вася, осмотри с Тошкой «неотложку». Сани, Давид, цепляй к себе. Игнат, машину раскулачь, аккумуляторы не забудь, соляр, масло слей. Брезентом укрой хорошенько, в сентябре вернемся, отремонтируем либо возьмем на буксир.