Зельевая лавка госпожи Эйи, или Упс! Я случайно!

Гисхильдис!

Непрошеные мысли, совсем не подобающие по отношению к невинной девушке, тут же вспыхнули яркими образами перед глазами: как он прикрывает за собой дверь, набрасывая на нее охранное заклятие совместно с Пологом Неслышимости, мягко подходит ближе, склоняясь над ней, опускает руку на зовущую плоть, видит ее удивленно распахнутые глаза, в которых поначалу читается испуг, постепенно, слово за словом, переходящий в желание узнать новое, познать то, что было скрыто. И встречается с ее губами в томительно сладком поцелуе.

Здесь довольно просторно, и пол ровный, да и прилавок выглядит довольно крепким, если уж на то пошло…

Не понимая, почему от простых фантазий, кои являлись обычным явлением для здорового мужчины, у него зашлось сердце, а горло сдавило, Авери кашлянул, отчего девушка тут же охнула, поняв, что находится не одна, и отпрянула из-под прилавка.

Нужно извиниться! Он ее напугал. Разумеется, она не ожидала посетителей в такую рань.

Нужные слова сорвались с его уст, когда взгляд уловил багряные капли, окрасившие ее пальцы.

Благо у него был с собой платок, которым можно перевязать рану, пока в голове прояснится для формулирования нужного заклинания. Сам факт, что в его разуме вместо привычных команд к действию поселился страх, смутил демона, заставляя действовать больше на рефлексах, чем на ощущениях действительности.

Но стоило лишь ему взять пораненную руку, в нос ударил знакомый сладковатый аромат.

Нет… цикута?!

Эта девчонка из ума выжила, чтобы убирать разбитый сок голыми руками?!

– Вы использовали чистый настой?

Дождавшись ее кивка, Авери мысленно выругался. Как же опрометчиво, Эйя!

– На осколке могла находиться часть зелья. Ядовитость цикуты сохраняется при варке и сушке… Эйя, пожалуйста, скажите, что Вы еще обработали растение каким-либо образом.

И она подтверждает его опасения, мотая головой в жесте «нет». Сердце на мгновение пропускает удар.

– В таком случае… прошу меня извинить за это, – он не думал, как это будет выглядеть со стороны, когда резко склонился вперед, вбирая ее пораненный палец в рот, и начиная высасывать кровь с возможным вкраплением яда. Сейчас главным было спасти жизнь этой неразумной малышке, играющей с ядами, словно с обыкновенной водой.