Моряк – не профессия, это образ жизни

– Что за мангурты мне по ушам ездят?

– Рыбаки, не то из Мариуполя, не то из …? Ждут очереди в док. Меня эта мова тоже напрягает. Хотят казаться хозяевами жизни, ну хоть в чем-то.

– Если кубинский наряд не заглянет, я усну в салате.

– А, у меня вискарь уже плавает вот здесь.

– Пиво с хинином, завтра башка будет шире плеч.

– Зато ипритные мухи на нас дохнут.

– «Мама Роза», стервь, точно рассчитала, разогнать таксистов в десять и получить на всю ночь клиентов. Головаааа! Так, что жрать нам здесь ханку не пережрать.

К бару подъезжает патрульный джип. Встал метрах в двадцати и фарами слепит прямо в створку ворот. Один из посетителей, немолодой, лет пятидесяти поджарый загорелый мужчина, роста выше среднего, по виду испанец, выходит из ворот и направляется к машине.

Из нее выходят двое негров в военно-полевой форме Анголы, лица размалеваны национальным орнаментом. В полной экипировке военного времени.

– Это не полиция и не кубинцы. Смотри, экипированы до пупа – хрень какая то.

– Ну, и везде наши «калаши».

– Полиция обычно в касках, а эти в беретах.

Мужчина с полицией о чем-то перекинулись фразами, неожиданно один из патрульных громко завопил на своем наречии, а второй деревянным прикладом автомата ударил мужчину в грудь.

Уже на земле оба патрульных начали жестоко избивать лежавшего прикладами и пинками.

Посетители бара застыли в недоумении.

– Они же его тупо убивают!

– Ни себе чего! О, о, ты глянь! Ё!.....Ё!

– Ага, и целят по голове!

Избиение остановил пронзительный, прерывистый свист.

Оба патрульных остановились и уперлись глазами в ворота бара. Из них медленно вышел молодой человек, лет тридцати, высокий, правильного, плотного телосложения.

– Эээ, камарадо? Стоп-стоп, май фрэнд.

Один из патрульных приблизился к молодому человеку, остановился метрах в трех, презрительно и зло глядя на него глазами гиены.

– Португезе?

– Но-но-но, ай эм рашен симен.

Патрульный вскинул автомат и дал длинную очередь поверх головы молодого человека.

Клиенты бара, сбивая столы и стулья, кинулись разбегаться. Кто упал там, где сидел, закрыв голову руками.

Молодой человек от неожиданности только присел, несколько наклонив голову вправо, но быстро оправившись, вновь встал во весь рост и медленно поднял руки до уровня груди, но очень близко к центру груди. Непонятно, толи это стойка бойца или руки вверх.

Понимая, что английский ими будет не понятен, перешел на «птичий» язык.