Сын Ра. Волшебный эпос

Да только никто ему и не думает отвечать, неприветливо все лишь косятся, исподлобья угрюмо глядят и чего-то бубнят. «А-а! Мне и дела мало, – думает про них Ваня. – Мне с ними чай не водиться – я сюда зашёл подкрепиться».

И на стул деревянный возле пустого стола садится.

Посидел он трошки – а никто к нему не идёт. Все окружные в три горла жрут да пьют, а голодный Ванюха сидит там, как идиот, и лишь глотает слюни.

– Эй, хозяин! – наконец он вскричал, попусту ждать отчаявшись, – Прими заказ! Есть охота!

Опять никого.

Наконец корчмарь из-за занавеси появляется; сам толстущий такой, плешивый да губастый, в одном ухе серьга в виде черепа болтается, а на башчище чёрная косынка повязана. А вдобавок ко всему красная грязная перевязь напялена у него была на правый глаз, а другой-то глаз странный у него оказался: по цвету бледно-зелёный, а в нём точечкой малой чернеется зрак.

– Не ори тут, дурак! – буркнул детина недобро. – Чай в гостях сидишь, не дома, бродяга ты бездомный! Чего надо-то – пожрать али поспать?

«Ну и неучтивая ты харя!» – подумал с раздражением Ваня, но ругаться не стал, а спокойно весьма на толстяка уставился. «А, ладно! – решил он. – Чего зазря в аду досадовать! Мне ведь порядки в чистилище этом не учинять. Мне бы червяка заморить да айда почивать. А как отдохну, так и дальше кости пихну.

– Я, хозяин, попить-поесть желаю, да ещё на постели чистой переночевать, – вежливо заявляет Ваня, – а больше ничего и не надо.

– Есть мясо телячье, да брага, да топчан в чулане, – грубо ответил хозяин. – Мясо у нас свежее, не воняет, брага в голову нехило шибает, а насчёт чистоты, так такая, как ты, птица и с клопами сможет приютиться. Хы-гы!

– Хм! – усмехнулся на это Яван. – Не хочу я, дядя, телятины, да и другого мяса не желаю. Мне бы миску добрую каши да молока чашу.

– Хэ! Экий молокосос ещё нашёлся! – корчмарь нагловато осклабился, жёлтые и кривые зубы показывая. – То ему да это вишь подавай… Экий важный!

Вокруг сидящие враз оживились. То сидели себе да жрали, а то от еды оторвались да заржали.

А хозяин продолжал, изгаляясь:

– Брезгуем, значится… Хэ! Ну-ну. Это достать-то можно, для меня ить ничё не сложно, только, сосунок, сиё дорого будет стоить.