Сын Ра. Волшебный эпос

Да рассуждает, как водится, вслух:

– Я тебя, лядов забияка, навсегда драться-то отучу! Я счас, касатик, тебя тем сделаю, кем ты и должен был стать – та, что надо, будет у тебя стать!

Опять дедку стало весело. Рассмеялся он мелким бесом, в пляс пустился и юрким волчком по полу закрутился. А потом как вкопанный пред Яваном остановился, посуровел, нахмурился, на жертву свою зло сощурился, и… посохом колдовским до Ваниной груди коснулся.

И начал Яванушка на глазах меняться: шерстью стал обрастать, хвостом да мордой обзаводиться, и в рога да копыта рядиться… Минуты даже не минуло, а на месте человека с ладной фигурою телёночек стоял бурый.

Засмеялся тогда злобный маг, шлёпнул посохом телка по заднице и из пещеры его наружу погнал.

– Я тебя Черняку продам! – заявил он вновь радостно. – Как есть всего стоварю, со всеми потрохами, живучий ты мой! Ха! Это я ладно придумал, мне ведь лишняя с тобой морока не нужна – мне спокойная жизнь важна.

Схватил Ловеяр Явана-телка в охапку и к лесу бегом припустил. А в чаще лесной огромный загон оказался, деревянным тыном окружённый. Стены были сажени в две высотою, никак не менее. И для чего, подумал Ваня, такое сооружение? А злодей уж ворота прочные открывает, вовнутрь заваливает, а там скот всякий у него был заперт: коровы, овцы и козы. Пнул колдун Явана под зад ногою. Отлетел тот споро в дальний угол и на земельке сырой растянулся.

– Завтра же с Черняком свяжуся! – крикнул ему вдогонку дедок.

Выскочил он вон, ворота задвинул на засов да и был таков.

Хреново… Ох, и хреново на душе у Явана стало! Вот же полоса неудалая у него настала! Попал он к коварному чёрту в лапы, как вошь во щепоть. Самое было время, когда перстень деда Праведа ему сгодился бы, хотя… может быть, и нет. Где ж это было видано, чтобы перстни на копыта надевались! И оставалось ему лишь одно – ждать, а там… пропадать, али спасаться, но на Ра притом уповать стараться.

«Постой! – схватил он себя за холку мысленно. – Ежели одна надёжа на Ра у меня осталась, то тетёхой мне быть не пристало. Надо и самому пошевелиться, ведь Ра и вовне и внутри гнездится!»

Пришёл в себя Яваха, вокруг поозирался, да и стал по загону похаживать. Вот походил он, побродил по скотьей тюрьме – ну нигде выхода нету! Ограда везде была высоченная – не перескочишь, да толстенная – не пробьёшь.