Важное время

Нарочно скинул меня на пол, гад! Саданул изо всех сил, подлец!

– Ой, извини, – насквозь фальшиво протянул Милиар. Дрянной из него актер, – а я тебя и не заметил.

Вокруг опять грохнули хохотом. Милиар стоял рядом, с паскудной улыбочкой смотрел на меня и потирал браслет с дубовыми листьями на запястье. Вот урод! Мой браслет! Мой украденный из госпиталя браслет! Я сжал кулаки и примерился, как ловчее двинуть стопой в колено и приложить по уху справа…

– Что случилось? – раздался строгий голос коменданта.

Казалось, Стурр возник из ниоткуда.

– Да он сам упал!

– Сам, сам грохнулся! – раздалось из толпы.

Комендант обернулся, и крики тотчас же прекратились. Он посмотрел на меня.

– Все верно, – сказал я, отряхивая штаны на коленях. – Сам упал. Споткнулся.

– Когда ты уже сменишь свои дикарские шаровары на подобающую одежду? – процедил Хак. – За нарушение порядка завтра лишаешься полдника и сидишь в комнате наказаний. Это ясно?

– Так точно! – громко отрапортовал я.

Милиар поднял руку, сжатую в кулак, и показал мне. Он издевательски покрутил передо мной серебряным браслетом, плотно облегающим широкое запястье.

– А это что? – вдруг сказал Хак. – Давай-ка сюда свою бирюльку, – требовательно протянул руку Стурр. – Верну твоему отцу лично. По первому слову тысячника.

Я скорчил рожу за спиной Стурра. Я-то знал, что Фракс Хмутр сейчас в долине и никто толком не знает, когда он вернется.

Милиар не посмел перечить коменданту, верный воинской дисциплине. Необходимость подчинения приказу сын тысячника затвердил, едва начав говорить. Насупившись, он стянул браслет и отдал коменданту. В начале учебного года, при первом построении, нам строго-настрого запретили проносить внутрь школы оружие, украшения и домашних питомцев. Жаловаться некому – сам виноват.

На занятиях Либурха я вновь читал тетрадь Эндира. Сегодня попались донельзя утомительные перечисления законов и договоров, которые должен достать Клай. Интересно, кто это такой?

Стычка с Милиаром и вечерняя встреча с Кольшей оказались самыми яркими событиями дня.

– Ну что, как там глазастая стена? – весело спросил я у Кольши. Тот задумался и пожал плечами.

– Там и вправду паук сидит, только это не он смотрит.