Элирм V

А лично я до сих пор содрогаюсь от воспоминаний о сцене, где один из задир-однокурсников оскорбил мою мать, за что тотчас же поплатился, получив вместо криолитового кола черенок от швабры. По самое не могу. Кажется, это произошло в какой-то полумагической академии, где я учился. Точно уже не помню. Сны – они такие. Быстро ускользают из памяти.

– А мне, наоборот, снилось кое-что крайне приятное, – продолжал ворчать Герман. – И я бы не отказался досмотреть этот сон до конца. Блин, мы ведь только вчера успешно справились и победили Небесный Доминион?! Неужели нельзя было выделить хотя бы один выходной?

– Ай, да что ты вообще знаешь об успехе? – фыркнул генерал.

 – У нас на Зунгуфе была поговорка: «Что нас не убивает, обязательно попытается сделать это во второй раз». Поэтому если хочешь добиться реального успеха, то ты должен неизменно следовать трем основным правилам: знать больше, чем остальные, работать больше, чем остальные, ожидать меньше, чем остальные. Ясно, тупица?

Герман промолчал, продолжая сердито одеваться.

– Пока что я преподал вам основы, – продолжил игв. – Но этого мало. Волшебники, ведьмаки, чародеи крови, охотники за головами, паладины, берсерки, привратники – против каждого из них существует своя отдельная тактика боя, требующая индивидуального подхода. Далеко не каждого противника можно одолеть грубой силой. И даже такой вроде бы незначительный штрих, как «печать цепей» или «брадикардия» может запросто превратить вашу атаку в неуклюжее посмешище.

– Брадикардия? – переспросил танк.

– Управление чужим кардиоритмом вплоть до разрыва сердечной мышцы, – пояснил Глас. – Отвратная способность. У Инквизитора как раз такая. Кстати, не подскажешь, откуда у тебя в холодильнике водка?

– Это не водка, а спирт. Броню и оружие протирать.

– А-а-а, вон оно что. То-то я чувствую, что больно градус высокий. Аж горло дерёт.

Шаман снова приложился к бутылке.

– Глас, может, хватит бухать? Полшестого утра, – напомнил я.

– Это анестезия. Совсем скоро Гундахар снова начнет нас избивать, а я не желаю страдать понапрасну.

– Хоть кто-то из вас умеет ясно предвидеть будущее, – усмехнулся игв. – Всё, на выход, ленивые черти.

* * *

– Проклятье, да как такое вообще возможно?! – продолжал сокрушаться Герман, болезненно ковыляя по пути к столовой. – Я же бился с ним в Чертогах Аргентависа. Наравне. Две минуты! А теперь хрен! Снова раскидал как щенят!

– И не говори, – кивнул я, потирая напрочь отбитые ребра.