Ребенок для мерзавца

Анфиса, милое кудрявое создание, которая сейчас гостила у бабушки с дедушкой во Франции, явилась плодом любви неразумной в то время Лилии с неким Вениамином, которого я предпочитала кликать не иначе, как Помойным Веником. Потому что этот самый предмет, которым разве что пыль следует убирать, пожестче скребя пол, скрылся с глаз Лилечки, укатив в Штаты с длинноногой волейболисткой, которую, оказывается, пригрел во время отношений с моим Цветочком. Ее босс, будь он неладен! Когда Лилия еще не ушла с головой в адвокатскую практику, а искала себя, и устроилась в престижную фирму, занимающуюся продажей фармалогической продукции.

Вениамин являлся главным акционером и по совместительству владельцем нескольких заводов, производящих лекарства.

В его персоне подругу привлекло желание изобрести вакцину, которая убивала бы раковые клетки, поставив вопрос с излечением от онкологических заболеваний ребром. Веник был романтиком и идеалистом, когда дело касалось инновационных стремлений. Вот только кончилось все приглашением в США, куда его сопровождать вызвалась молоденькая и хваткая Генриетта.

Ухватилась в него как клещ, а он и рад был. По словам Лили, всегда испытывал слабость к спортсменкам. И тут повелся на круглый зад.

Веник и Генри. Прямо как готовое название для магазина. Хозяйственного. Или, на крайний случай, ветеринарного.

Когда Вениамин уехал, да перестал скрывать роман с Генриеттой, Лиля, само-собой, о своей беременности ему не сказала. Хотя узнала о ней прямо накануне вылета.

И все эти шесть лет молчала, самостоятельно родив и воспитывая ангелочка… у которого, к сожалению, в облике было больше от папы, чем от самой Лили.

У меня сердце разрывалось, когда я замечала, какими печальными бывают взгляды у подруги, когда она подолгу смотрит на дочку. А видит Его.

Поэтому я и старалась заполнять их время, не давая Лиле хандрить. И с удовольствием стала крестной для Анфисы. Так что забрать дорого мне ребенка из аэропорта и позаботиться о ее досуге – можно сказать, было моей прямой обязанностью.

Как крестной.

Анфиса смеялась, когда я произносила вслух нечто похожее, да называла меня феей. А я и рада стараться!

Когда рабочий день подошел к концу, а в моей голове более-менее сформировался грубый план по переговорам между IT и чиповой организацией, я на всех парах полетела в аэропорт.

– Можно быстрее, пожалуйста? – попросила таксиста, с беспокойством смотря на часы. В это время в городе обычно начинаются пробки.