Зург: Я – выживу. Становление. Империя

Не знаю, как часто тут проходят караваны – последние следы были несколькодневной давности – но кроме как ждать другого, выхода не было. Зато в развалинах меня ждал сюрприз – небольшой, но глубокий колодец с веревкой и кожаным ведром. Теперь не надо собирать по утрам росу и экономить каждую каплю. У фляги была функция сбора воды, оставляешь ее открытой на ночь, и к утру она наполовину полная. Тут все от влажности зависит, так что фляга меня изрядно спасала от обезвоживания. Теперь же я мог не только напиться, но и сварить в кружке настой.

Пыль на горизонте появилась ближе к вечеру следующего дня. Караван в этот раз был тягловый – ни одной машины, только повозки с лошадьми. Лошади на Зорин встречались часто, даже очень. Они были очень похожи на земных, кроме нескольких ничего не значащих отличий. Следы прошлого каравана ясно давали понять, что там были грузовики и легкие квадры, поэтому я и ожидал появления машин, а никак не всадников в головном дозоре.

Через минуту, когда караван приблизился, пискнула рация – меня вызывали на общем канале, называемом нулевым.

Сняв рацию с ремня (гарнитура лежала свернутой в рюкзаке, мне лень было ее таскать), я ответил:

– На приеме, кто такие?

Говорил я как временный хозяин занятого места стоянки, имел такое право.

– Это кто там исподним нас встречает? – ответил молодой насмешливый голос.

Посмотрев на сушившееся белье, которое колыхал легкий ветер, я только и сказал в рацию:

– Блин!

В эфире захохотали в несколько голосов.

– Караван торговцев из Ивраптории, – отсмеявшись, ответил тот же голос. – И фермеры оттуда же.

– Бродячий зург Шрит, подходите, жду.

Пока караван приближался, головной дозор подстегнул лошадей, чтобы успеть осмотреть развалины на предмет засады, а я направился надевать еще сыроватое белье.

Когда всадники въехали в развалины, я как раз застегивал комбез, влажное белье немного холодило тело, но при этой иссушающей жаре было даже приятно.

– Ты что, парень, тут один? – подъехал ко мне один из всадников, по голосу тот самый, что говорил по рации.

Посмотрев, как три других спешившихся осматривают развалины (у них что, сканера нет?), я ответил:

– Один.