Решала

В Сталинград мы прибыли вечером, часто стояли на полустанках, пропуская составы. В пути пообедали вместе с паровозной бригадой: они своё достали, мы своё, организовали общий стол. А я размышлял.

Среди находок были две армейские фляжки, наша и немецкая, обе почищены песком. Мы взяли их с собой, в одной квас, в другой простая вода. Чая мы не пьём, на него денег нет.

Находки свои я приводил в порядок, а как же. Всё найденное оружие и штыки почистил и смазал оружейным маслом. Патроны отстрелял для пробы на дне оврага: так звук недалеко уходил.

К мотоциклам я пока не приступал, смысла нет: я в этом возрасте их использовать не смогу, а вот «кюбельвагеном» (модель пока не знаю, надо будет литературу полистать, когда она будет) плотно занимался несколько ночей.

В багажнике машины были инструменты. Она вообще комплектная была: лопата в держателе, запасное колесо, даже вёсла имелись. Я просушил тент, установил крышу, подкачал резину. Машина сорок третьего года, пробег меньше двух тысяч. Двигатель гидроудар словил. Я слил всё, в том числе и смесь из бака, двигатель разобрал, прочистил и собрал. Даже с аккумулятором поработал, осталось залить электролит, зарядить его, в бак бензин, масло моторное залить и можно ехать.

Всё это я планировал добыть в этой поездке. Колхоз грабить не стоит, там всё на учёте, и председатель на это дело лютый. Уже двое по этапу поехали в дальние края. Авторитета, конечно, ему это не прибавило, но в селе порядок, и это правильно.

Покинув паровоз, мы направились к вокзалу. Пришлось через пути идти на другую сторону. Глаша удивлённо крутила головой и в конце концов спросила:

– Хочешь найти, где можно переночевать? Девчата рассказывали, что и как.

– Нет. Сама видела, пока по окраине ехали: Сталинград – это одна большая стройка. Тут и немцев пленных немало, восстанавливают разрушенное. То, что мне необходимо, нам здесь не купить. Мы поедем в Москву, поэтому нужно купить билет. Можно и по реке добраться, но это очень долго, поездом через Тамбов куда быстрее.

У Глаши на руках было два документа: комсомольский билет и справка из колхоза о том, что нам разрешено покинуть село.