Особист

Все, мое послезнание закончилось, и где в ближайшее время использовать подразделение, я не знаю. Есть пара моментов, но там ждать долго – от нескольких дней до недели. Лучше сообщу в НКВД, пусть сами работают. Так что возвращаю подразделение и ухожу к порталу – попробую перейти в свой мир. Буду жить рядом и ждать, когда он заработает.

Добравшись до трассы, я остановил пару транспортных колонн и, узнав у старших, где ближайшие склады, повёл свои машины туда. На складе ГСМ заправил все машины и свободные ёмкости – пять бочек, потом заехал на склад боеприпасов, получил пулемётные патроны, несколько ящиков с ручными гранатами и мины для миномётов.

Подписывать ничего не пришлось – у ротного были наряды, полученные им в штабе полка, их вполне хватило.

Мы уже проехали Кобрин, где шла спешная эвакуация, когда нас остановил полковник-армеец, правда он быстро сдулся, увидев ромбы у меня в петлицах. Что тот хотел, я так и не понял – что-то мямлил. Документы у него были в порядке – я проверил, пока мои бойцы держали его охрану на прицеле.

У полковника была такая же «эмка», как у меня, и «полуторка» с отделением бойцов. Похоже, он просто давил званием и заворачивал небольшие подразделения для усиления своей части.

Чуть позже, в полседьмого вечера, мы стояли на обочине лесной дороги – две машины разом из строя вышло, у одной вылезли проблемы с мотором, у другой меняли пробитое колесо. Заодно бойцы поужинали. Выйдя к дороге с кружкой в руке, я смотрел на уставших беженцев, что брели мимо.

– Товарищ командир, – ко мне подошли две молодые женщины в окружении пяти малолетних детишек. – Дети голодны.

– Ясно, – кивнул я и крикнул повару: – Игнатьев, накормить и обогреть!

– Есть, – весело отозвался тот.

Бойцы уже поели, но в котлах ещё что-то оставалось, а если что, сухпай можно выдать. Это уже не первые, у кого хватило храбрости подойти и попросить хотя бы за детей.

Вечерело, беженцев становилось меньше, а канонада явно приближалась.

Когда машины были починены, мы продолжили движение.

На обочинах было много сгоревшей техники, в основном автомобильной, явно пострадавшей от ударов с воздуха, чем дальше, тем чаще стали встречаться непогребённые тела, в большинстве случаев гражданские, но были и в военной форме.

Где нужная дивизия находится, у снабженцев я уже выяснил. Мы свернули с трассы на полевую дорогу, где нас остановил заслон. К счастью, тут оказались бойцы как раз нужной нам шестой стрелковой дивизии.