Охотник: Охотник. Зверолов. Егерь

После процедуры бюрократии – старое сдал, а новое будет готово завтра, фото с новыми погонами мне сделали тут же – я сидел в приемной Сахаровского, ожидая его с совещания.

– Пришел уже? – мельком глянув на меня, сказал он от входа и добавил: – Проходи.

Секретарша передала генералу пару папок, и он с ними в руках прошел в кабинет.

– Докладывай, что там у тебя за дела в Харькове были и Киеве?

Смысла врать не было, да и не требовалось этого. Я быстро выложил историю гибели Марины Клюевой, ее тетки и судьбы своих детей.

То есть без утайки рассказал все, ну, кроме, конечно, того, что собираюсь сделать с Агеевой. Кто вспомнит через пару лет, что у меня были к ней претензии, если она вдруг умрет?.. Хотя наши могут.

Уложился я за полчаса, после этого генерал пару минут подумал и выдал:

– Сомневаюсь, что на тебя так хотели выйти, не та ты фигура. Скорее всего, я согласен с твоим третьим по счету предположением. Месть по личным причинам. Случайного наезда тут не могло быть, в этом ты прав.

– Разрешите лично заняться этим делом?

– Запрещаю. Для этого есть специально подготовленные люди. Хоть ты и в некотором роде тоже специалист.

Сняв трубку, генерал набрал номер по внутреннему телефону. Потом он какому-то майору велел провести следствие по моему делу, пообещав прислать меня через десять минут.

– Какие у тебя планы? – поинтересовался он, положив трубку.

– Восстановиться в университете, продолжить учебу и привезти сюда дочек. Если потребуется, я готов уйти со службы.

– Обойдешься… Значит, так, пока мы тебя выводим в резерв до окончания учебы. В случае нужды будем привлекать к работе, – с намеком сказал он. Я понял, о чем он, поэтому согласно кивнул. – Сейчас идешь к смежникам. Там есть майор Владимиров, он и проведет расследование по твоему делу. Мало ли там что… И еще: твой доклад по созданию при комитете госбезопасности специального отряда под кодовым названием группа «А» я прочел. Не со всем согласен, но дело хорошее, и я передал предложение по прямому назначению.

Его сейчас изучает Владимир Ефимович… Норматив штурма самолета и освобождения заложников в восемь секунд я считаю слишком малым по времени.

– Я – нет, товарищ генерал. При достаточной подготовке и спецоборудовании это не будет считаться чем-то удивительным, – упрямо склонив голову, ответил я.

– Ладно, там видно будет. Может, еще не примут. Как у тебя с языками?

– Английский, французский и итальянский в совершенстве.