Новик

– И это так, – снова вынужден согласиться я, поглядывая на лейтенанта и обдумывая, что сказать дальше.

В моём глюке, который я видел всего несколько часов назад, этот момент тоже был. И что немаловажно, в нём мы всё же отвернули и направились на соединение с нашим угольщиком, не доводя ситуацию с конвоем до крайности, в чём тогда лейтенант смог убедить меня, и мы довольствовались семью утопленными судами. Сейчас же мне хотелось хоть немного, но изменить ситуацию, посмотреть, что из этого выйдет. Правда, в случае, если дойдёт до боя с миноносцами, не думаю, что меня поддержат флотские офицеры, да и сам Макаров тоже.

Можно было ведь и не доводить до этого.

В принципе я и сам был согласен, что атаковать охраняемый караван не стоит. Если дойдёт до боя и до погибших с той стороны, крайним сделают меня, без сомнений, всё же командую тут я, а вот по-тихому подгадить британцам я за всегда готов, главное, чтобы это потом ко мне не привело. Но не так в открытую, как сейчас. Конечно, на меня и так всех собак спустят, из моих глюков знаю, что позже во всех газетах появятся заголовки, что я потопил транспортные суда с беженцами из Японии, мол, они были пассажирскими и везли не контрабанду, как сообщалось в русский газетах, а именно людей.

Однако после заметок Эриха англичанам верить перестали, потеряли они своим враньём веру в их печать. Правда, если долго врать, кто-то будет считать это за правду…

– Отворачиваем? – прервал мои размышления Головизины.

Он, как и все присутствующие в рубке – рулевой, часть кондукторов, что отвечали за управление кораблём, – поглядывал на меня.

Сейчас всё решится: или в бой, или отворот. Я не обманул их ожиданий, желание поквитаться с наглыми англичанами было у всех, но Головизнин смог не только убедить меня, но и остальных, что это будет удар и по России, а нам этого не нужно.

– Время пока есть, идём на караван, а как войдём в зону уверенного открытия артиллерийского огня с миноносцев, отворачиваем к Гаранину и идём на соединение с ним.

Капитан «Отрока» с заметным облегчением улыбнулся, его порадовал мой приказ. Такой прямой конфликт нам действительно не был нужен, и так натворили немало дел. Пять судов с контрабандой на дно пустили!

– Командир, разрешите уточнить, – обратился вдруг лейтенант.

– Говорите, – кивнул я.

– Почему нам следует тянуть с разворотом? Действуем на нервы английским офицерам с миноносцев?

– И это тоже, но не это главное. Посмотрите на все суда.