Аномалия. Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт (сборник)

Так что срабатывайтесь, – рявкнул майор, крутя в руках химический карандаш.

– Но…

– Все! Вы свободны! Приказ товарища Сталина я отменить не могу, так что свободны оба. Попытайтесь подружиться, – посоветовал он, садясь за стол и не глядя на нас.

– Я буду жаловаться! – пригрозил я, покидая кабинет. Алевтина вышла вслед за мной.

Оказавшись на улице, я прошел до натертой до блеска штанами военнослужащих скамейки и, сев, посмотрел на девушку, которая нерешительно остановилась неподалеку, косясь в мою сторону.

«Фиг ей, не буду я подкаблучником, ишь чего удумали!»

Судя по всему, мое лицо не сказать чтобы было добрым. И явно Алевтина приняла это на свой счет, поскольку продолжала стоять около крыльца, нервно теребя пальцами форменную юбку.

– О, Санька! А я иду мимо, смотрю – ты или не ты сидишь! – послышался сбоку знакомый рев раненого носорога.

– Привет, Кость, – хмуро поздоровался я, протягивая руку. К моему удивлению, он был в форме командира с двумя кубарями в петлицах.

– Здорова.

– И тебя в форму одели? – кивнул на петлицы.

– Ага.

– А почему лейтенанта дали? В звании понизили?

Костя, не сводя восхищенного взгляда с Алевтины, ответил:

– Саня-Саня, ты бы хоть устав местный изучил. Во-первых, тут, как-никак, режимный объект, так что нужно соответствовать и не щеголять в гэбэшной форме. Во-вторых, лейтенант госбезопасности приравнивается к капитану, так что в звании меня оставили прежнем.

Меня как будто током ударили.

«Вот оно, это же шанс!»

Я быстро вскочил и познакомил Костю и Алевтину. Похоже, девушка прекрасно поняла причину моей радости и нахмурила лобик, искоса меня разглядывая. Обрадованный предоставленной возможностью, друг немедленно ринулся на штурм, однако все попытки профессионального ловеласа сделать знакомство более тесным ни к чему не привели.

– Эх ты! – вздохнул я ему вслед, когда он убежал готовиться к переходу.

Тем временем Алевтина начала наводить мосты.

– Как бы вы на меня ни злились, но нам работать вместе. Мир? – протянула она узкую ладошку.

– Мир, – хмуро ответил я и, пожав ей руку, сказал, глядя прямо в глаза: – И будут у нас только служебные отношения.

Сам же себя чувствовал при этом полным идиотом: такая девушка, а я нос ворочу.